Салют прогремел неожиданно для нас обоих. Вздрогнув, мы резко повернулись в сторону Арапоса, и наши взгляды устремились в небо. Земные фейерверки вряд ли когда-то смогут так заворожить, как магические. Россыпь волшебных искр не развеивалась через секунды. Искры выстраивались в различные образы или узоры, иногда затухали, но лишь на время, а дождавшись следующего залпа своих собратьев, выстраивали еще более сложную и более яркую картину. Салют, хоть и был тише, чем в моем родном мире, но ненамного, поэтому, я знала, накануне праздника всем желающим выдавались специальные магические беруши. Особенно полезным это было для пожилых людей и тех, у кого маленькие дети.
- Искры как будто в твоих волосах…
Все еще околдованная салютом, я как-то неуклюже медленно повернула голову к мужчине и чуть не вздрогнула вновь, поняв, что он непозволительно близко. Взгляд моментально упал на его губы, растянутые в улыбке. Не в неизменной усмешке, а именно в искренней улыбке, которую я наблюдала от начала нашей игры, которая сошла на «нет», едва мы осознали, что можем о многом поговорить и впрямь без светских условностей и предубеждений. Чистильщик оказался приятным и интересным собеседником, с которым оказалось возможным говорить абсолютно на любые темы. И каково же было мне понять, что именно этого мне и не хватало! Беседы с учителем всегда были интересны и познавательны, зачастую в манере загадок, разгадав которые я должна сама прийти к чему-то новому. Беседы с Филом веяли снисходительной покровительственностью с моей стороны, ведь я почти сразу стала воспринимать его как младшего родственника. Друзей среди студентов я так и не завела. Сама, конечно, виновата, но никак не могла отделаться от мысли, что студенты – это дети, разве может мне быть интересно с детьми? Ужасное и нелепое оправдание, ибо на самом деле ребенком мне побыть как раз бы не помешало. Что в прошлой жизни, что в этой. Еще были люди, помогавшие мне с Западным Уделом. Ну как помогавшие – давшие мне клятву верности. С ними, в общем, тоже по душам не поговоришь.
Поэтому Чистильщик стал моим подарком. Стал моей отдушиной. Заставил быть меня собой… за много-много лет, включая и прошлую жизнь. Мужчина, улыбка которого разлила что-то теплое у меня в груди. Мужчина, о цвете глаз которого я не переставала гадать весь этот вечер. Мужчина, который, вероятно, считает, что я что-то замышляю, играя с ним целый вечер. Мужчина – загадка….
Разве могу я себе отказать в таком мужчине?
Определенно нет. Ведь ни о чем жалеть я не намерена.
Кто из нас потянулся друг к другу первым, не знаю. Мне казалось, что я. Но то, как осторожно и одновременно напористо, он повел в поцелуе, заставило меня сомневаться. Хотя сомнения - последнее, о чем я думала. В прочем, думать я уже не могла. Мысль о том, как мне хорошо, и что такого не было ни в той, ни в этой жизни, появилась и угасла. А ощущения захватили с головой.
Вот он, аккуратно сжимает рукой волосы на моем затылке, заставляя отклониться, и прикусывает мою нижнюю губу. Спускается губами вниз по подбородку, шее и, как-то остервенело цепляется за лиф моего красного платья. Краем сознания замечаю, как он с легкостью вклинился в мое заклинание и увеличил зону мягкости под нами, но не успеваю удивиться. Лишь хватаю ртом воздух, боясь издать хоть звук, ведь он уже стянул верх платья и сжал рукой мою грудь. И его губы вновь не заставили себя долго ждать….
Резкая боль вернула к реальности. Глупая…, ну, какая же глупая! Как о таком вообще можно забыть!? Резко коснулась рукой бедра и направила целительный импульс.
- Это…? – Ошалело прохрипел Чистильщик, замирая во мне.
- Нет! – И впиваюсь в его губы, заставляя избавиться от мысли, что девушка рядом лишилась сейчас девической чести.
Он не должен останавливаться, не должен портить весь этот вечер лишь из-за мысли, что кого-то опорочил! Не позволю!
Толкаю его в плечо, заставляя подчиниться и перевернуться на спину. Медленно, не отрывая от него взгляда, сажусь сверху и слышу сдавленный стон. Да, вот так, смотри на меня. Ни смей думать ни о чем другом. Поднимаю его руку к своей груди и начинаю медленно двигаться. Когда мысли вновь покинули мою голову, не знаю. Но, надеюсь, я никогда не забуду эту ночь.
Небо над головой начинало медленно светлеть, заставляя мое сердце сжиматься от тоски. Как же мне не хотелось, чтобы эта ночь заканчивалась. Но уже наступал час волка. Почему-то я до сих пор продолжала величать это время на Земной манер. В этом мире так точно не говорили.