В Московской Руси плохо представляли себе географию древлянской войны и местоположение летописного Искоростеня. Одни полагали, что речь идет о Литве («Деревская земля, рекше Литва» — читаем, например, в одной из летописей XVI века: Ольга «с сыном своим мьсти кровь мужа своего… и всю Литву высече»61); другие — что Ольга действовала в Новгородской земле, одна из частей которой в древности носила название Деревской пятины, созвучное названию Древлянской земли. «Неции же глаголють, яко Деревьская земля бе иже во области Великаго Новаграда, ныне же Деревьская пятина именуема», — писал по этому поводу составитель Степенной книги царского родословия. Но далее он приводит и другую версию: «…инии же глаголють, яко Северьская страна бе, идеже бе Чернигов град»62. Легенды о расправе Ольги над древлянами и сожжении Искоростеня относили то к Старой Руссе в Новгородской земле (где имелось село со схожим названием — Коростынь, или Коростыня)63, то к древнему Новому Торгу — нынешнему Торжку64. (Напротив, в украинском Житии Ольги XVII века, восходящем к русскому Житию в редакции Степенной книги, география событий представлена очень точно: о Древлянской земле сообщается, «що ныне называется Полесье (Житомирщина.
Географическая неопределенность подвигов Ольги открывала московским книжникам простор для проявления самой необузданной фантазии. Так, совершенно иначе, чем в «Повести временны́х лет» и других летописях, представлена история Ольги в легендарном сказании о первых киевских князьях в московском летописце XVII века («Начало русских князей, отчего зачалось русское княжение»)66. Автор этого сочинения не слишком хорошо разбирался в истории древней Руси и нередко путал князей, перенося события, происходившие с одним из них, на другого. Гибель Игоря от древлян происходит возле днепровских порогов (что, конечно, имеет в виду гибель здесь сына Игоря Святослава, убитого печенегами), а потому и Ольга отправляется мстить убийцам своего мужа «к порогам». «Едет княгиня Днепром, в ладьях ваших, в землю вашу… в невелице силе», — с такими словами обращается она к мифическим древлянам. «А сына моего Святослава, — добавляет автор, — посла полем на конех с великим войском к порогам». Когда же древляне прибыли в указанное место, княгиня повелела «упокоити» всех «вином да заморскими питиями», а затем за дело взялся Святослав со своими ратниками. Победив древлян, Ольга осаждает их город — но не Искоростень, а какой-то неведомый Колец — и захватывает его. «И повеле кнеиня Олга Колец-град разорити, князя их Мала повеле убити. А самом Олга с сыном своим Святославом, а со всем войском пойде в Киев с великою честию. И бысть радость велика по всей земле».
Подробности взятия древлянского «града» в этом рассказе опущены. Но только потому, что они отнесены ко взятию Ольгой другого города — и не какого-нибудь, а Царьграда, столицы Византийской империи.
Оказывается, Ольга отнюдь не ограничилась войной с древлянами. В этой поздней летописи княгиня предстает грозной воительницей. По возвращении в Киев она вместе с сыном Святославом идет в поход «на печенеги за Дон, и много пленив печенегов, и возвратишися здраво». Спустя еще какое-то время она решает «поитти воевати ко Царюграду», на этот раз оставив своего сына в Киеве. Во главе огромного войска, в состав которого вошли «словене», древляне и печенеги, Ольга «поплени… землю Греческую» и подступила к самому Царьграду, правители которого, некие мифические цари Михаил и Константин, «повеле Царьград затворити». (Первое из названных имен, возможно, извлечено автором из рассказа о первом походе Руси на Царьград в 860 году, где фигурирует император Михаил III, а второе представляет собой наиболее распространенное имя византийских императоров, вероятно лишь случайно совпавшее с именем императора Константина Багрянородного — действительного современника Ольги.) Осада города продолжалась целых семь лет. (Отметим, что эпический семилетний срок осады фигурирует и в одном из поздних преданий об осаде Искоростеня, записанных в XIX веке.) «И на осмое лето начаша цари ко Олге послы своя посылати и Олге добивати челом о миру». Ольга согласилась заключить с царями мир и возложила на них дань «по летом», причем в изложении этой «дани» использован текст русско-византийских договоров, заключенных предшественниками Ольги — Олегом и Игорем.
