– Рано радуешься, – охладила пыл "княгини" Дарья, – значит, навар меньше будет. Под реализацию совсем другая цена.
– Ну и пусть, – не согласилась "княгиня", – должно хорошо получиться. Я всё просчитала несколько раз.
Я не вмешивалась в разговор, думая о своём. Точнее, о своём здоровье. Я вроде бы вылечилась, но постоянная слабость и головокружение пугали. Я никому не говорила о своём самочувствии и раздумывала, может, и правда, нужно сходить в поликлинику? Надо, уже не раз твёрдо говорила я себе, но поход к врачу всё откладывался. Дома я умело скрывала своё состояние, и Вадим ничего не замечал.
– Лариса, а ты водкой не хочешь заняться? – прервала мои тревожные раздумья Ольга, – это надёжные люди, и водка у них хорошего качества, не сомневайся.
– Нет, – ответила я, удивляясь, – у меня и так много товара.
– Заработаешь побольше. Денег лишних не бывает, – улыбка Ольги была искренней и одновременно усталой, но я покачала головой. Ольга продолжила разговор, – а я рада этому предложению. Дома своим сказала, они, конечно, не одобрили. Переживают за меня. Но что делать?
На этот вопрос у меня был готовый ответ, но уподобляться нашим торговкам не хотелось. Они и так без конца клевали "княгиню", словно курицу, по ошибке забредшую в чужой курятник. Нет, конечно, злые языки перемывали косточки практически всем, поводов было достаточно, но зацепить именно Ольгу мог любой. Наверное, я одна из всех не подсмеивалась над "княгиней", не упивалась неким превосходством. И не потому, что испытывала жалость к Ольге – пожалеть можно было любого из нас, слишком тяжело доставался сейчас кусок хлеба. Нет, было в Ольге что-то такое, что зацепило меня, зацепило и не отпускало. И чем больше я узнавала её, тем больше она мне нравилась. С ней было интересно, мы иногда разговаривали, и вскоре я почувствовала, что это доставляет мне удовольствие. Ни с кем другим на рынке мне не хотелось общения так сильно, как с Ольгой.
– Да идите вы все! Вечно лезете не в свои дела! – Катрина вернулась разозлившейся со второго ряда. Видать, чем-то там задели нашу смотрящую, и мы, как по команде, повернулись к ней. – Водку уже принесла?
Вопрос адресовался "княгине", которая смотрела в нашу сторону, привлечённая шумом.
– Принесла, – растерянно ответила Ольга, – не знаю, как начать продавать.
– Давай сюда! И с почином тебя! Да не ищи сдачу, орешков насыпь, вкусные они у тебя, – скомандовала Катрина. Я прохаживалась по тропинкам, стараясь согреться. Покупателей не было, и я тоскливо рассматривала редких прохожих, которые, бросив взгляд в сторону нашего рынка, торопливо отворачивались, как бы чувствуя за собой какую-то вину. Катрина выпила одна, не пригласив никого на этот раз за компанию.
– Хорошая, – сказала она Ольге, подразумевая качество спиртного, – не обманули тебя поставщики. Торгуй спокойно!
Перебранка между Катриной и вторым рядом возобновилась вновь. Прислушавшись, я поняла, в чём дело. Нашу смотрящую периодически тоже цепляли, в основном одиночеством и отсутствием детей. То одна, то другая товарка время от времени подступалась к Катрине с советом или вопросом, почему бы ей "не родить для себя, раз уж мужика достойного не нашла". Мне казалось неприличным не только давать советы, но и спрашивать кого-либо на эту тему. Но у всех были разные понятия о приличиях, вот и сегодня, видимо, кто-то пристал к Катрине в очередной раз и вывел её из себя. Выпив вторую рюмку, она молча стояла за своим столиком.
– Да не обращай внимания, – начала успокаивать её Дарья, подобравшись поближе. Я рассматривала их издалека, и, несмотря на серьёзность ситуации, еле сдержала смех. Маленькая полная Дарья смотрелась комично рядом с Катриной, росту которой позавидовали бы любые баскетболистки мира. Высокая, крупная, даже дородная Катрина высилась за прилавком, и я даже теоретически не могла представить рядом с ней какого-либо мужчину. Хотя она и рассказывала, что в деревне жила с мужем, но развелась незадолго до переезда в город.
– У нас не было детей, – неожиданно услышала я и скорее почувствовала, чем увидела слёзы на глазах Катрины, – я не смогу стать матерью. Никогда. Надорвалась на ферме. С шестнадцати лет фляги да бидоны таскала, матери помогала. Вот и результат. Муж бросил меня, когда выяснилось всё.
– Мужики, они такие, – сочувственно закивала Дарья, – не переживай, Катрина. Может, тебе в детском доме кого присмотреть?
– Вот они мне также сказали, – усмехнулась Катрина, махнув рукой в сторону второго ряда, – а я их послала, советчиков, подальше…
