Горена улыбнулась своим мыслям, старший князь давно уж Святослав, он похож больше на мать, чем на отца. Младший Улеб, тот копия князя Игоря. Князья разные — Святослав воин, ему тошно сидеть в Киеве без рати, а Улеб, наоборот, лучше бы правил, как княгиня. Как повернуло, тот, что похож на мать, норовом вышел в отца, а младший напротив. Мысли женщины вернулись к своим сыновьям. Их тоже двое, оба похожи на мужа, оба еще малы, чтобы отправляться в поход, но чуть что хватаются за детские деревянные мечи, вырезанные отцом. Горене, как любой женщине, страшна рать, она несет опасения за любимых людей. И почему люди не могут жить без рати? Земли много, зверья много, трудись себе, расти детей, так нет ведь, налезают друг на дружку. Зачем водит в походы свою дружину князь Святослав? Степняки давно не ходят до Киева, разве что нападают на полуденные земли Руси, но Горене нет дела до этих земель. Киевлянка вдруг подумала, что ей-то нет, а князю, должно быть, есть дело, это же его земля, там тоже живут русичи, он должен их защищать.

Рядом заворочался муж, видно, разбудила-таки своими вздохами, обхватил жену покрепче сильными руками, что-то замычал спросонья. Горена уткнулась носом в его плечо, вдохнула запах крепкого мужского пота и вдруг подумала: а как у князей? Неужто так же? Неужто и княгиня Ольга вот так к утру прижималась к мужу? Стало почему-то смешно, наверное, да, иначе откуда бы взяться Святославу и Улебу? Не сдержавшись, Горена хмыкнула. Муж вскинулся:

— Ты чего?

— Так, помыслилось….

— Что?

Горене не хотелось отвечать, но она не смогла сдержаться и хмыкнула снова, Микула проснулся окончательно. Пришлось объяснять, что помыслилось. Муж сначала не мог взять в толк, что это жене взбрело думать о князьях среди ночи, но потом развеселился тоже:

— А как же, они, чай, тоже люди….

Больше не спали, когда сначала с хрипотцой, а потом веселее подал голос первый петух и ему ответили в разных концах города другие, уже более голосистые, раскрасневшаяся от мужниных ласк Горена вздохнула:

— Вставать пора. А князья небось спят еще и сладкие сны видят.

Микула возразил:

— Святослав не спит, тот уж давно на коне.

Горена улыбнулась, и впрямь, князь у них точно и не спит вовсе, с первыми петухами уже на ногах, а свеча в его окне в тереме горит и за полночь. Беспокойный у них князь, но отличный вой, дружина его любит.

Через девять месяцев у Горены родится сын, которого она назовет в честь не вернувшегося из похода отца Микулой. Микула-младший станет служить верой и правдой сыну князя Святослава Владимиру, получит от него многие награды и будет основателем большого рода.

Микула был прав, князь Святослав уже не спал, ему не давали покоя мысли о предстоящем походе. Для себя он уже все решил и теперь думал только о том, оставлять ли Свенельда с дружиной в Киеве или звать с собой.

<p>Глава 61</p>

Хазарский поход Святослава требует особых пояснений. Князь Святослав был горяч и разумен одновременно, его полководческие решения ставили в тупик признанных военачальников Византии и всех, с кем князь воевал. Так и с Хазарией.

Ко времени выхода Святослава на мировую арену Хазария уже была не та, что при князьях Олеге и Игоре, ее значительно ослабил отказ славянских племен платить дань, постоянные войны с Арабским халифатом, стычки с печенегами, а главное, свой собственный раскол. Еще в VIII веке основная часть населения приняла ислам, а немного позже верхушка власти — иудаизм. В этом не было бы такой уж беды, но иудаизм хазар в отличие от основополагающего ислама не запрещал проповедовать. И хазары стали не просто учить своей вере, а насаждать ее. Нетерпимость породила нетерпимость. Это привело к полному неприятию иудаизма как соседями, так и завоеванными племенами. Одно дело платить дань, понимая, что тот, кому платишь, просто сильнее или воинственнее, и совсем другое — испытывать давление в вопросах веры.

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Все книги серии Русь изначальная

Похожие книги