— Как ты меня заметила? — вышел из тени Мишель. Он старался сохранить спокойствие, но у него это выходило плохо. До этого дня никому не удавалось обнаружить его присутствие.
— Секрет, — улыбнулась великая княжна. — Ненадолго хватило твоего терпения. Три дня. И ты уже здесь.
Мишель сделал зарубку в памяти допытаться до истины и узнать, как Аяна его обнаружила.
— Я думаю, три дня это нормальный срок для того, чтобы принять решение, — ответил Мишель.
Аяна несколько секунд молча смотрела на Мишеля, после чего протянула ему расчёску.
— Из-за тебя мне пришлось отослать служанку. Замени её.
Мишель с недоумением смотрел на расчёску, и поняв, что это не шутка, тяжело вздохнул.
— Знаешь, что мне нравится больше всего, когда мы встречаемся? — встал он ей за спину, приступая к расчёсыванию волос.
— Удиви меня, — произнесла Аяна.
— Сбивать с тебя спесь, когда ты стонешь подо мной. Именно тогда все твои маски тают, и когда мы засыпаем в объятиях друг друга, ты становишься сама-собой.
— Бедненький. Маски тебе не нравятся. Ещё скажи, что бросил меня из-за моего сложного характера.
— ЧТО? Я бросил тебя? Ты вот сейчас серь… — Мишель замолчал на полуслове. До него, хоть и не сразу, но дошло, что Аяна специально выводит его из себя. — Помнится ты сама сказала не появляться мне, потому что Валадимир обещал твою руку какому-то аристократу из Империи Алмазного рога.
— Ага, а князь Мишель Арес всегда такой исполнительный. Делает всё, что от него хотят. Не перечит и ни с кем не спорит.
— Аяна, ты сама себя слышишь? Кто я такой, чтобы перечить воле короля? Мой род и так в опале, если бы я ещё вмешался в политический брак, то…
— То — что? ЧТО? — резко поднялась Аяна. — Ты маг тени! Дядюшка, хоть и посердился бы, но не стал чинить препон.
— Возможно, ты права, — взял себя в руки Мишель, и более спокойным тоном произнёс. — Но я никогда не предам свой род. А Валадимир по-любому потребовал бы от меня вхождение в род Ирвент.
— И ты бы катался сейчас, как сыр в масле. Ни…
— Аяна, я Арес, и до последней секунды своей жизни буду Арес. Мои дети тоже будут Арес. По крайней мере пока я жив, они не покинут род для того, чтобы войти в чужой.
— Уходи, — прошипела Аяна. — Видеть тебя не хочу! Вечно ты думаешь только о своём роде! Убирайся!
