Потом мы два дня топтались на месте. Зарядил дождь, и идти по лесу стало невозможно. Благо мы наткнулись на большое дерево, чей ствол был не меньше трех метров в диаметре, а про крону я вообще молчу. Вот благодаря ей мы были защищены от воды на все сто процентов.
Пока было время, я начал учиться создавать чары
Во мне разыгрался азарт, и я попросил Мишеля научить меня ещё и чарам, которыми он восстанавливал сломанные ветки и примятую траву. Тогда он отправил меня к Лилии.
— Моё самолюбие этого не выдержит, — в шутливой форме сказал он. — Я учил чары
В принципе, мне было без разницы кто будет меня учить. Да даже я был рад больше времени провести с Лилией. Эти чары оказались, по крайней мере для меня, ещё проще. Магический конструкт был сильно похож на пентаграмму, что использовалась в заклинании
Бог любит троицу, и я спросил у Миши какими чарами он стирает следы ботинок с земли. И оказалось, что их я уже знаю! Следы можно было стереть простыми бытовыми чарами
Непогода совершенно не мешала Мишелю. Он без особого труда перемещался по
Стоило мне на них взглянуть, как появилась галотабличка.
— Сразу семь ляну! — широко раскрытыми глазами смотрела на них Аяна. — Миша, ты хоть понимаешь, что принёс?
— Разумеется, — с самодовольной усмешкой ответил брат. — Поэтому давайте не будет тратить время и съедим их!
Вначале Мишель разделил грибы на четыре равных части, но под укоризненным взглядом Аяны он разделил их на пять.
Немного подумав, я отломил кусочек шляпки и переместил его в
Мне казалось, что меня невозможно удивить грибами. Ляну пахли, как простые грибы, отдалённо напоминающие шампиньоны. Но когда я откусил небольшой кусочек, ощутил гамму вкусов. Немного острый, по текстуре нежный, как мясо ската, слегка кислил с легкими нотками пряности, но настолько приятно, что рука сама потянулась за следующим кусочком. Ни мясо, ни рыба, ни растение… Ляну — это что-то особенное, ни на что не похожее. Но очень вкусное.
—
— Зачем? — спросил я.
Аяна прищурилась, и по мимике на её лице, мне показалось, что она не хочет отвечать. Тем не менее она снизошла до объяснений.