Своих целей Мануил между тем, вне всякого сомнения, достиг. После ухода императорского войска Нур ед-Дин, выполняя условия соглашения, не только сам ударил на Килидж Арслана Второго, но и склонил к участию в этом предприятии данишмендского князя Якуба Арслана. Тот атаковал сельджуков с северо-востока. Тем временем ромейский стратиг Иоанн Контостефан, собрав дружины Антиохии и Киликии, усилив их отрядом печенегов, одновременно с главной императорской армией начал успешное наступление на турок в Меандрской долине. Довольно скоро Килидж Арслан убедился, что продолжать войну бессмысленно.
Год 1161-й стал годом триумфа для стоявшего на пороге своего сорокалетия Мануила Комнина и для всей Византии. Враг, сто лет терзавший малоазиатские владения ромейской державы, в лице своего сегодняшнего владыки, явился ко двору базилевса, смиренно прося о мире. На целых пятнадцать лет, вплоть до своей блестящей и сокрушительной победы при Мириокефалоне, султан Килидж Арслан Второй стал вассалом Константинополя.
Дальнейшее развитие событий полностью подтвердило предположение тамплиера Вальтера. Взаимные симпатии короля Бальдуэна, императора Мануила Комнина и Эмери де Лиможа как нельзя лучше сработали в пользу последнего.
Узнав о том, что произошло с Ренольдом, иерусалимский правитель поспешил в Антиохию, чтобы утвердить на её престоле шестнадцатилетнего Боэмунда Третьего, назначив регентом монсеньора патриарха.
Пока венценосный отпрыск Мелисанды улаживал дела на Севере, пришёл черёд и для его родительницы оставить сей суетный мир. Королева-мать скончалась в сентябре 1161 г. Наплуз, которым от её имени владел Филипп де Мийи, отошёл к короне, Филипп же получил взамен сеньорию Ультржурден, или Трансиорданию, с неприступными замками Керак и Крак де Монреаль.
Владения барона впоследствии достанутся его дочери Эстефании (или Этьении), вдове Онфруа Третьего де Торона (сына блистательного коннетабля) и матери Онфруа Четвёртого, будущего кандидата на трон Иерусалима. Молодой человек весьма неприятно поразит партию баронов, сделавших его своим вождём. Случай с Онфруа — единственный известный в истории Утремера, а может быть, и не только его, когда человек, избранный королём, бежал от короны, как чёрт от ладана.
Однако всё это произойдёт в далёком пока будущем.
В нём, в будущем этом, судьбы Эстефании
Всё в мире идёт своим чередом. Один человек восходит на гору, другой уже спускается с неё, и ничто не останавливается, не прекращается в этом вечном всеобщем странствии. Один человек умер, другой появился на свет, так всегда.
В год смерти королевы у графа Яффы Америка, младшего брата короля, и Агнессы де Куртенэ вновь случилось прибавление семейства — родился второй ребёнок. Первой была девочка, Сибилла, на сей раз супруга графа осчастливила его наследником. Мальчика назвали Бальдуэном, в честь прадеда и дяди.
Тот вскоре, уладив дела на севере, устремился на юг.
Стояла самая середина зимы, не слишком приятное время на Левантийском побережье Средиземного моря. Остановившись на несколько дней в Триполи, король вдруг почувствовал себя плохо. Бальдуэн сначала старался не обращать внимания на своё состояние, но недомогание усилилось, и он попросил двадцатидвухлетнего Раймунда Третьего прислать врача. Граф направил к кузену доктора, сирийца Барака, но больному стало только хуже.
И всё же Бальдуэн отправился дальше. Однако ему удалось добраться лишь до Бейрута, где 10 февраля 1162 г. король и скончался. Подданные искренне оплакивали властителя, даже мусульманские крестьяне, спустившись с гор, выражали своё соболезнование франкам. Атабек Нур ед-Дин, только что вернувшийся из паломничества в Мекку, отказался последовать совету своих придворных и напасть на христиан в момент, когда они понесли столь тяжкую утрату[141].
Бальдуэн навсегда остался в истории под именем «идеального короля».
Его кончина дала Констанс безумную надежду одолеть патриарха и его клику. Княгиня написала византийскому губернатору Киликии Константину Коломану, только что назначенному на место Андроника Комнина, с просьбой вмешаться. Мать её в своё время не погнушалась вести переговоры с атабеком Зенги, дочь всё же оказалась... м-м-м... порядочнее, что ли? Однако жители Антиохии расценили действия своей почти уже утратившей власть госпожи как самое элементарное предательство. В городе начались волнения.
