Шкипера тут же взяли в оборот и вытрясли из него всё, что смогли. Потом занялись и кораблями. Для начала их расцепили и, пользуясь попутным ветром, отогнали ближе к берегу, где уже и принялись потрошить добычу. Чужих убитых, раздев до исподнего, просто побросали за борт, своих на лодках перевезли на берег и похоронили по обычаю, обложив неглубокую могилку камнями и водрузив крест, сколоченный из досок, взятых с когга.
Сам корабль Андрея не впечатлил. Старый одномачтовый когг с клинкерной обшивкой. Такие уже лет двадцать как окончательно прекратили строить. Вместо них балтийские просторы давно завоевали хольки (которые по всей Балтике упорно прозывались по-старому коггом), появившиеся лет полста назад. Ведь хольк по сравнению с коггом (чья вместительность в лучшие годы доросла лишь до двух сотен тонн) имел вдвое большее водоизмещение. Его кормовые и носовые надстройки составляли теперь единое целое с корпусом, а вдоль бортов нового корабля тянулись привальные брусья. И, главное, он был уже трёхмачтовым судном. Его передняя мачта - фок-мачта - несла парус, площадь которого составляла лишь третью часть поверхности грота - паруса на второй, грот-мачте. Третьей была бизань-мачта, наклоненная в корму и несущая на косом рее латинский парус, называвшийся, как и мачта, бизанью. Такая оснастка позволяла использовать большой парус - грот - для приведения судна в движение за счет энергии ветра; с помощью же меньших парусов можно было маневрировать. Но, как и его прародитель когг, хольк всё равно оставался довольно неуклюжим и маломаневренным судном.
Увы, но за более чем 300-летнее свое существование, Ганза не внесла никакого существенного вклада в развитие судостроительной техники. И её корабли с клинкерной обшивкой всё больше и больше устаревали технологически. А потому всё, на что годился захваченный кораблик - это доставить добычу до Ивангорода и быть проданым на дрова.
Сама же добыча вызвала двоякое мнение. Железо можно и в Ивангороде сбыть, а вот со смолой надо было подумать. Цена её в том же Гданьске была 9 прусских гривен за ласт, что по грубому подсчёту давало 12 рублей с хвостиком. А в той же Англии за него давали уже 20 прусских гривен. Рост цен больше чем в два раза! Однако отнимите стоимость перевоза и зундскую пошлину, и всё будет выглядеть уже не так радужно. Да и к тому же, смола больше пригодилась бы и самим. Андрей уже понял, что изделия местных умельцев его, мягко говоря, не впечатляют. И когги, и хольки, и лодьи с бусами были сделаны по одной технологии. Небольшие отличия, как говорится, не в счёт. Ему же нужны были специалисты, могущие сотворить судно по новым меркам. И главной тут являлась обшивка корпуса "вгладь". Этот тип обшивки, более технологичный и имеющий лучшие мореходные качества, уже почти полностью вытеснил клинкерную на крупных кораблях в самых передовых "океанских" странах. Ведь в первую очередь, такие корабли были прочнее и могли быть построены намного большего размера, чем при клинкерной технологии. Что и познали англичане, построив огромный корабль с обшивкой внакрой: Grace Dieu. Эксперимент оказался явно неудачен: несмотря на трёхслойную обшивку и 23 тонны переведённого на одни только крепления железа, корпус получился недостаточно жёстким, и после единственного плавания огромный парусник был оставлен гнить в затоне на реке Хэмбл, где и был уничтожен пожаром в 1439 году.
Прибавить к этому то, что суда, обшитые вгладь, замедляются волнами гораздо меньше, чем обшитые внакрой; и то, что в бортах с клинкерной обшивкой невозможно без недопустимого ослабления прорезать порты для орудий - становится понятно, почему старым типам кораблей подписали смертный приговор.
Кстати, хоть вносить новое в кораблестроение Ганза и не умела, но вот воспользоваться чужими плодами, это завсегда могла. Захватив своими каперами в ходе англо-ганзейской войны 1470-1474 годов множество английских, испанских и других кораблей, она их тщательно изучила и уже в 1509 году новым флагманом флота Любека, всё ещё состоявшего из тех же хольков, становится новомодная каравелла.