«Но он велел все записывать. Зачем? – А еще он просил не оставаться одному ни при каких обстоятельствах! Про записи он сказал, чтобы сместить фокус внимания с проблемы. С того, что он посылает врача, которого нужно слушаться! – Первое видение было совсем не похожим на глюк… – Да тебе-то откуда про глюки знать, как они там выглядят! Ты же тяжелее травы ничего никогда не пробовал! – Это было реально! Я видел чужими глазами! – В реальности у тебя течет крыша! И скорая уже вылетела из Благовещенска! Смирительная рубашка и никаких княжон!»
– Заткнулись оба! – заорал, точнее промычал я в подушку.
Логически… Надо просто мыслить логически! Да, страшно. На самом деле – трындец как страшно! Но это мало что меняет. Паника такая штука, что поддашься ей один раз – и можешь идти копать могилку и заказывать гроб. Страх может помочь – инстинкт самосохранения и все такое, – а вот паника убивает. Об этом я знаю очень хорошо.
Странно, не странно – пофиг! Рассматриваем только факты. Видения были – факт. Нравится или нет – было! Они были очень… достоверны. Тоже факт. Но не факт, что это просто выверты сознания. Третий факт – никто, кроме меня, ничего такого не видел. И вот это – очень плохой факт. Только благодаря ему можно предположить, что я схожу с ума.
Но! К счастью, есть но! Реакция князя. Это четвертый факт – его мой рассказ ошеломил, но не удивил. Правда, он может значить и то, что князь обеспокоен признаками потери рассудка своего зама. Но если проанализировать все его слова и интонации, убедительнее выглядит другая версия. Поярков понимал, что со мной происходит, но был удивлен, как такое могло произойти со мной.
И еще один довод в пользу того, что я не съехал с катушек. Меня отправили к минцам решить кучу задач, одной из которых была проверка готовности обер-секретаря к дальнейшей работе на благо княжества. А значит, я изучен, взвешен и признан годным. Банально годным с точки зрения медицины! Меня вот якут-целитель проверял за два дня до выезда. Строго говоря, он меня и княжича осматривал раз в неделю. И ничего не нашел, никаких признаков грядущего сумасшествия.
Вывод? Все-таки видения – проявление дара. Скорее всего, так. Не боярского, царского возможно. Это неприятно, это пугает, но маловероятно, что это опасно. Значит, паника побоку и рассматриваем только версию с пробуждением дара. И еще раз – у Антошки такое было, и ничего с пацаном не случилось. Носится по закоулкам резиденции, как в зад пчелой ужаленный!
С непередаваемым облегчением я оторвал лицо от подушки и вдохнул полной грудью. Какой ты все-таки трус и паникер, Антошин! Смотреть противно! Одно радует – никто не видел.
В дверь постучали. Слуга-китаец, как какой-то официант в ресторане, молча сервировал небольшой столик в углу бумагой и карандашами и так же беззвучно, как вошел, покинул комнату. Вовремя! Надо все записать. Каждую долбаную деталь!
Усевшись за стол, я прикрыл глаза, сосредотачиваясь перед работой. И сразу же вспомнил реплику старого китайца с экрана ноутбука. «Мы не можем позволить оппозиции использовать ситуацию…»
Слова политика! Эти интонации и построение фраз я узнаю в любом из миров! Китайского политика. И высоко летающего, кстати. Стоп! А не императора ли я видел? В последнем видении? Это же легко проверить! Господи, ну хоть на одну здравую мысль ты разродился, Антошин! А то верещишь, как баба, слушать противно!
Я достал смартфон и вбил в поисковике «император Чжу Ли». И с удовлетворением стал разглядывать лицо старого минца, виденное всего каких-то минут десять-пятнадцать назад. Фотография седого, с длинными усами, одетого в расшитый желтый халат и смешную черную шапочку владетеля империи окончательно убедила меня, что я не псих. Именно его я видел глазами… получается, его сына. Чжу Юаня? Человека, с которым мне встречаться завтра. Скорее всего, так. Точнее смогу сказать, только когда услышу его голос. Он у него… характерный такой.
О чем говорили император и наместник в моем видении, было неясно. Я застал самый конец разговора, понять из которого можно было только одно – стороны обсуждали дела государственные. Больше из этого мне ничего не выжать. Тогда переходим к картинке, которая появилась под занавес. Той, где злобный ван заливал все вокруг белым огнем. Как этот кошмар, в котором люди превратились в факелы, был связан с беседой отца и сына? Не просто же так мне это в один момент привиделось? Хотя могло и просто так – что я знаю о природе видений?
Потратив еще десять минут, я записал свои видения на бумагу и собрался было лечь спать и как-то уговорить свой разогнанный мозг отдохнуть. Но тут смартфон сообщил о получении сообщения. Оживив экран, я обнаружил, что пришло письмо от Алмаза. Татарин, видать, тоже не спал и воспринял мою просьбу порыть Сеть на предмет информации по пифиям со всей серьезностью. Вздохнув для порядка – сна пока не предвидится, – я погрузился в чтение.
