Я поставил перед собой стаканы и начал засыпать в них куски крицы, хватило всего на три стакана, ну и ладно. Потом показал рукой на парня, а ну принеси мне кости или рога и побольше.
Пока пацан бегал, я взял пригоршню белого речного песка и поровну разделив засыпал песок в каждый из стаканов. Потом взял и засыпал в стаканы по пригоршне размельченного березового угля.
Пацаны натаскали много костей, рогов и даже принесли ожерелье из зубов. Зубы были разные, и волчьи и большие медвежьи.
Я подумал и решил придать мистики всему происходящему, разрезал волосяной жгут ожерелья, вытащил самые мелкие зубы, видимо волчьи и засыпал в один стакана, потом в другой стакан засыпал медвежьих клыков, а в третий стакан воткнул половинку рога тура. И пробормотав молитву отче наш произнес — нарекаю вас: тебя волком, тебя медведем, а тебя туром — торжественно сказал я.
После чего взял кусок голубой, то есть обожженной глины и сделав как из пластилина крышку с круглой поверхностью закрыл тигель по имени волк, потом с квадратной формой крышки закрыл тигель по имени медведь, а с треугольной формой получился тигель тур.
Я насыпал в печь две корзины угля, а потом торжественно по краям поставил внутрь печи свои тигли и пояснил, волк любит зиму, чтобы охотиться на зверей по следам оставляемым в снегу, поэтому тигель волка ставим ближе к полуночной стороне (к северной). Тур любит сочную траву, поэтому тигель тура ставим на восточную сторону. А медведь любит ягоды и грибы, поэтому его тигель ставим ближе к закату. Я говорил абсолютную муть, но местные должны во всем видеть смысл.
Потом высыпав еще несколько корзин с углем поверх установленных в печь тиглей я приказал заделать горловину печи.
Когда работа была закончена, мы разожгли печи и начали работать мехами, поскольку уже был вечер, то я назначив несколько смен ушел спать, наказав подмастерьям посменно сидеть у печи и дуть меха.
Утром, когда я умылся и перехватив кусок мяса пришел к печи, она уже погасла, а рядом сидел с грустным лицом подмастерье.
Прости меня князь — сказал кающимся голосом подмастерье — но как только появилось солнце, угля уже не было, он видимо весь прогорел, но я еще дул, долго дул мехами. Пока летели искры, а теперь и искры пропали, печь погасла. Прости меня князь.
Я похлопал подмастерье по плечу и сказал — ни ты, ни я, мы ничего не можем сделать. Я поднял палец в верх — все зависит только от духов огня. Доставайте тигли.
Печь раскрыли и по очереди вытащили на свет волка, тура и медведя.
Я взял щипцами первый тигель, который назвал волком, он все еще дышал огнем и положив на полено начал оббивать засохшую глину стакана. Вот он красивый красный кусок стали.
Я поднял руку со щипцами вверх и зарычал — сталь, духи дали нам сталь, возрадуйтесь люди, в наших руках душа волка.
Я повернулся и аж ойкнул, люди все стояли на карачках уткнувшись лбами в землю. Вот это класс, подумал я, нашим замполитам бы такой эффект, ты бойцам только сказал «возрадуйтесь люди, это священный устав вооруженных сил Российской Федерации», а они хренак в позу миссионера и давай кричать возлюби нас посланец богов.
Я разбил все тигли и поставил металлические круглые болванки рядом с горном.
Ну что начнем.
Разожгли горн, нагрели металл до красно-желтого цвета и я взял волка, положил его на наковальню и приказал молотобойцу — бей.
Побили, но эффекта никакого, молот ведь был переделан из обычного топора и весил маловато, от заготовки даже искры не летели, что говорило о высоком качестве стали, а это плохо, как же блин я тебя ковать буду.
Я опять приказал — бей, побили, эффект тот же, ноль.
Потом, я дал щипцы подмастерью — на держи.
И пока он держал я раз двадцать со всей дури саданул по заготовке, а эффект, тот же.
Я не выдержал и заорал — ах ты сука, служить мне не хочешь, я отломал прут от ветки и отхлестал непослушный кусок металла, а потом бросил его на землю.
Глаза у моего племени были даже не круглые, они и так знали им говорливый ведун-лешак понарасказывал, что я из-за кромки пришел. А тут я с металлом работаю, значит, прислужник демонов, отпущенный в наш мир зачем то. И вот тут этот прислужник демонов вытворяет такое, мало того, что у всех на глазах вытащил из-за кромки души священных животных, так у него еще хватает наглости хлестать душу волка березовой веткой, как непослушное дитя.
А ну девки давай сюда глину — приказал я.
Подали, как то осторожно, а я уже не замечая страха в глазах людей слепил особый стакан, с поперечиной посередине. Эту поперечину, должен обтечь плавящийся метал и заполнить формы, а я потом выбью глину из стальной заготовки и будет мне настоящий молот.
Я сделал два больших стакана с поперечинами и два маленьких стакана.
Большие будут молотами, а поменьше молотками.
На держи — дал я девке стакан иди суши, а я пока крицу подготовлю.
Я выбрал несколько плохо оббитых криц и воткнул их в горн, а когда они разогрелись, то я просто разбил их на части зубилом, что было непросто.
