– За мной, Грязев. Скоро классный час, а только ваш автобус пришлось так долго ждать! – возмутилась низенькая блондинка, которая даже в высоких туфлях была всего на голову или полторы выше меня. А я сам-то не мог похвастать скороспелостью. Ровно в восемь лет мой рост был всего 118 сантиметров. Благо до нижней границы нормы за последние полгода я дорос, 124 сантиметра. Но и всё.
– Да не тащите меня. Просто ведите, я последую за Вами, – проворчал я. – Неудобно.
– Нет. Согласно отчёту, ты склонен к непослушанию, поэтому не отпущу, – заявила девушка.
– Это ложь и провокация. Я всегда слушаюсь взрослых. Если они что-то не так формулируют, все вопросы к ним! – уверенно заявил я, а хватка на моей руке лишь усилилась. – Тц.
– Не цокай тут мне.
– Я просто вдохнул воздух.
– Помолчи. У нас мало времени.
– Хорошо-хорошо.
– Да шевели ты уже ногами!
– Слушаю и повинуюсь, но мне бы багаж забрать.
– Так чего же ты молчал, пока мы не отбежали?
– Вы побежали, и я побежал.
– Арг-х! Быстро!
В итоге мы каким-то чудом успели.
Я же однозначно удостоверился, что за макияжем скрывается подросток.
Миниатюрная и нескладная фигура, мягкая кожа, и она меня бесит. Значит, ребёнок.
Ненавижу детей, а потому умею их определять даже в учительской мантии. Только вот сколько годков деточке не понять.
На каблуках она перемещается, словно профессиональный бегун. А ведь она была с якорем в виде податливого, но уставшего ребёнка. То есть меня с рюкзаком.
Но мы пробежали по парку, затем по коридорам, она распахнула дверь и выбила мной страйк в двух детишек, что наивно стояли недалеко от двери.
– Побере-гись! – сказал я, заметив две чёрных фигуры на пути, но остановиться не сумел.
– Что? – Выдохнула первая кегля, повернувшись ко мне.
– Да как ты сме… – начала вторая, что была лицом к двери, но почему-то не увернулась сама и не помогла собеседнику.
*БАХ!*
– Что этот простолюдин себе позволяет? – возмутился какой-то голос, но не сломавшийся, так что я не сразу понял его половой принадлежности.
– Почему ты считаешь, что он простолюдин? – уточнил другой.
– А кто ещё додумается влетать в младшую княжну рода Ушаковых? Только неотёсанный безродный дуралей, – заявил первый голос. Теперь уж точно мальчишеский. – А ещё, как и у училки, на нём, вроде бы, нет геральдических знаков. Ни на мешке, ни на одежде, ни на ювелирке. Да и та смотрится, словно в музее на выставке железного века.
– Барон, может нам стоит помочь княжне Ушаковой и той простолюдинке? – пролепетал второй голос.
– Первой да, но второй – никогда! – уверенно заявил некий «барон».
Я же находился в некоторой задумчивости. В данный момент моя голова трещала, но кое-как я открыл глаза, но почему-то оказался в темноте.
Я ослеп? Да и в голове какая-то тяжесть.
– Ой, а почему вы втроём на полу? Ушакова, Безумнова и Грязев, займите свои места! – раздался голос недоучилки.
– Сюда влетел какой-то мальчишка и сбил княжну с рыжей простолюдинкой! Это покушение! – уверенно заявил голос «барона».
– А? – удивился голос блондинки. – Грязев, ты уже безобразничаешь?
– Не я вбегал, а меня вбросили, – проворчал я. И проворчал я в какой-то предмет. К тому же мягкий. Башка вообще не варит. Я как-то перевернул рюкзак в полёте?
– Кто? – спросила недоучилка.
– Вы, – честно ответил я.
Наступила пауза.
Затем я прозрел. Стало понятно, что на мне лежала… ой.
– Безумнова, почему ты молчишь? – спросила блондинка у девочки, с чьей внешностью я был ознакомлен в столовой здания воронежской канцелярии.
– Сдерживаюсь. Успокаиваюсь. Я в норме, – отчеканила та без тени обиды.
– А я требую извинений! – заявила девочка с длинными чёрными волосами, на одном из локонов которой был герб-заколка с подписью «Ушаков».
Обе «кегли» были в чёрных мантиях необъятных размеров.
– Грязев, почему лежишь? Извинись перед одноклассницами! – заявила источник моего сотрясения или мигрени.
– Я, конечно, извиняюсь, но я сам жертва. Зачем Вы меня вбросили сюда с ускорением? – спросил я, поднимаясь. Но не тут-то было, меня повело, и я снова плюхнулся назад. – Всё-таки сотрясение, похоже.
– Нет никакого сотрясения. Касание свята! – заявила учительница, а её окружил свет, который спустя мгновение понёсся ко мне. Ах да, Спутник целительства. – Вот, всё, садись и больше не ври.
– Слушаюсь, – произнёс я и подавил в себе раздражение.
Я поднялся. К моему удивлению, народу тут было всё же больше, чем участвовало ранее в разговоре. Дюжина учеников с учётом меня и учительница.
Хм, а в академии классы должны быть больше, если верить мультикам.
– Так, Грязев, твоё место за двойной партой на первом ряду у окна с нашей очаровательной Наташей Безумновой. Проходи и садись, – раздался голос.
– Там же много свободных парт… – начал я, но поймал взгляд, угрожающий повторить боулинг, так что я плюхнулся туда, куда прошла идентичная Руфине девочка.
Попа… дос. Сидеть рядом с бомбой далеко не замедленного действия? К такому жизнь меня не готовила. Хотя она смогла себя сдержать, став жертвой учительского боулинга мной. Ладно, всё не так страшно.
