Первый был довольно мясистым мужчиной лет пятидесяти, а второй — сухощавым стариком с недовольным лицом.
Оба вошли и уставились на меня. Я же разглядывал их, продолжая хрустеть бубликами.
— Ну, что пришли? — прямо спросил я.
— Руслан Юсупов? — негромко поинтересовался тот, что мясистее.
— Да, это я. Давайте быстрее, не отнимайте у меня время.
Оба стиснули зубы, и от них повеяло слабым импульсом маны. Но в этот момент в кабинет вошли Илья с безопасником и встали в углах кабинета. Каждый из них испускал силу Мастера и настороженно, даже злобно, смотрел на гостей.
— Руслан Юсупов, — сухо произнёс мясистый. — Я, Олег Сурин, пришёл к вам, чтобы предложить перемирие.
— Я, Валентин Калинин, прибыл с той же целью, — добавил худощавый.
— Так, — я кивнул. — В перемирии отказано. Что-то ещё?
Оба старика удивлённо переглянулись и уставились на меня.
— Слушайте, — я вздохнул. — Вы правда думали, что придёте сюда и заставите нас заключить с вами перемирие? Вы понимаете, что мы уже победили в войне баронский род Биркиных? На нас послали армию с четырьмя Магистрами. И все они были уничтожены. Думаете, ваши два жалких рода что-то смогут нам сделать? Думаете, мы хоть немного вас опасаемся?
Я хмыкнул.
— Да у вас даже Магистров нету. Тот, что был, помер у нас в ущелье.
Сурин стиснул зубы и заиграл желваками.
— Если хотите снять статус войны родов, то капитулируйте. Это ваш единственный шанс. Капитулируйте, выплатите достаточную сумму, и статус аннулируется. Иначе будьте готовы, что рано или поздно Юсуповы начнут вам мстить.
Я усмехнулся. Оба мужика молчали некоторое время. А потом Сурин спросил:
— О какой сумме идёт речь? Я знаю, что именно ваш человек ограбил наше хранилище. Мы и так выплатили вам достаточно.
— Нет, это всё не считается, — отмахнулся я. — Оба вы заплатите по десять миллионов. Этой небольшой суммы хватит, чтобы я вас отпустил.
Сурин и Калинин сморщили лбы и задумались.
На самом деле, я не стал выкручивать им руки и предлагать какую-то огромную сумму. Зачем? Мне самому выгоднее, если эти двое перестанут вставлять мне палки в колёса. Хотя какие палки — скорее прутики.
— Я согласен, — первым произнёс Калинин. — Мы заключим с вами договор.
— Я тоже, — кивнул Сурин.
Единственный минус капитуляции, помимо финансовых трат — это потеря репутации. Но после поражения Биркиных ни Калинины, ни Сурины, ощутимо не пострадают.
В их случае это будет рассматриваться не как сдача, а как грамотное отступление.
— Хорошо, — согласился я. — Бумаги мы вам вышлем. Можете идти.
Оба кивнули и покинули кабинет.
Олег и Валентин с трудом сдерживали своё нервное состояние, пока шли через двор Юсуповых. Они чувствовали на себе взгляды, хотя не могли понять, кто именно на них смотрит.
А ущелье с огромной стеной и вовсе вводило их в панику. Каждый из этих двоих ощущал, что странная стена может сожрать их и не оставить даже косточки.
Ещё и непонятное копошение внутри вызывало дополнительную тревогу.
Мало того, Валентин уверен, что однажды, обернувшись, он увидел силуэт какой-то девочки с жуткой бледной кожей. Словно утопленница, она стояла и провожала его взглядом.
— Больше ни ногой сюда, — процедил Сурин, когда они шли через Сад Юсуповых.
Из зелёных травяных строений мерцали зелёные глаза гномиков, которые, не мигая, смотрели на них. И казалось, что в любой момент они могут наброситься и уничтожить их.
— Пися! — глухо крикнул кто-то, заставив мужчин вздрогнуть.
— Пися…
— Пися…
Гулкие голоса сопровождали их.
— Согласен, — прошипел Калинин. — Лучше отдать им деньги и больше не иметь ничего общего.
— Будет нам уроком, — добавил Сурин. — Никогда не связываться с настолько древними родами.
Калинин молча кивнул. Оба были уверены, что ни в коем случае не станут больше провоцировать этот жуткий род.
Когда Калинин и Сурин ушли, я задумался.
Что там происходит у Юсуповых-Шнайдеров? Почему они позволили своим миньонам закончить родовую войну?
Как-то это подозрительно выглядит.
Я позвонил Артёму и велел ему забрать сведения у Тени. Он уже должен был что-то нарыть.
Но ещё немного подумав, я пришёл к выводу, что за тишиной Юсуповых-Шнайдеров может стоять Граф Шнайдер, отдавший им такой приказ.
Тогда версия с тем, что он подозревает о моём возрождении, а также знает о Тимуре, станет ещё более вероятной.
Поразмыслив об этом, я переключился на следующую персону. Князь Белобородов. Почему он мешает нам? Не просто так же, у него должны быть какие-то мотивы. Но какие?
Я покачал головой. Непонятно. Он может быть связан как со Шнайдерами, так и с Тимуром. Или и вовсе быть самостоятельной фигурой.
А ещё есть вариант, что он работает на другого из нашей шестёрки.
Ну ладно, это не так важно.
В дверь постучались.
— Входи!
Вошла Марго с папкой в руках.
— Господин, — она слегка склонила голову. — Вы недавно интересовались кладбищем имени Сиятельного Евдокима. Мне стало известно, что там произошло нечто странное.
— Что именно? — с любопытством спросил я.
