Пока пялился на высоченные башни жилых комплексов, торговых центров и развлекательных заведений, рядом возникли Оля, Света и Полинка. А потом старшая жена накрыла «площадку перехода»
Шаг в соседний рукав галактики, конечно, шокировал эмпатку, но никак не сказался на ее здравомыслии. Поэтому она сначала взлетела, сместилась за мою спину и набрала «предложенную» скорость, а потом поделилась своими восторгами. К слову, не забыв проверить, опущена ли линза шлема. Приятно порадовали и формулировки утверждений: девчонка радовалась не тому, что у нас «все получилось», а красоте Белогорска. Ибо не сомневалась ни во мне, ни в моих утверждениях. И это легло на душу, как родное. Поэтому я с трудом задавил желание прочитать лекцию об истории Острова и перечислить пяток личностей, которые в нем проживают, переключился в режим «Носорога» и еще раз повторил несколько тезисов, озвученных перед телепортацией:
— Девчат, системы безопасности каждого отдельно взятого жилого или развлекательного комплекса управляются высококлассными искинами, почти каждый кубический метр объема территории района непрерывно сканируется, а группы быстрого реагирования частных охранных предприятий реагируют действительно быстро. Да, наши «Барьеры» хрен кто продавит, но если нас вскроют, то мы будем вынуждены убраться на Надежду несолоно хлебавши. Что не лучшим образом скажется на нашей репутации. В общем, летим точно по «коридору», формирующемуся в МДР, и никуда не торопимся…
— Мы не подведем… — уверенно сообщила Полина и встроилась в ордер. А Света опять проявила свою непоседливость — поинтересовалась, сколько музыкальных альбомов выпустил Мим, выслушала ответ и попросила скачать все восемнадцать «для домашней фонотеки»!
Я чуть-чуть замедлился, чтобы вписаться в слишком уж замороченный извив «трассы», нащупанный дронами доставки на границе зон контроля двух прибрежных ЖК и коридора замедления «радиалки», вылетел на достаточно длинный прямой участок маршрута и разговорился:
— Они у меня уже есть. Ибо в каждом что ни вещь — то шедевр. Кстати, прозвище «Мим», образованное из первых букв фамилии, имени и отчества Михаила Игоревича Миронова, используется нечасто: этого певца называют Золотым Голосом Китежа и… по-настоящему уважают не только за диапазон в четыре с половиной октавы, умение петь не голосом, а душой, и искреннее уважение к Зрителю, а за вполне конкретные поступки. Ему сейчас что-то около сорока. Значит, порядка тридцати двух лет тому назад он попал в детдом с музыкальным уклоном и справлялся с болью от потери родителей, убиваясь в учебных классах и капсулах виртуальной реальности. К выпуску освоил в совершенстве одиннадцать музыкальных инструментов, написал то ли пять, то ли шесть десятков песен с воистину сумасшедшими стихами и… заслужил уважение большей части педагогов и однокашников. Не забывал о них и потом — прилетал в детдом после каждых гастролей, помогал другим ученикам всем, чем мог, и вывел в люди не одну сотню воспитанников этого заведения. И как минимум половина из них оказалась личностями благодарными — после того, как у Мима диагностировали некий «синдром Мёльке», и Михаил Игоревич потратил на тщетные попытки вылечиться все имевшиеся накопления, счета, выставляемые клиниками, начали оплачивать его однокашники и почитатели таланта. Более того, они выкупили его квартиру, проданную на четвертом году борьбы с неизлечимой болезнью, как-то уговорили Миронова в нее вернуться и приставили к нему высококлассных сиделок, но почти каждый божий день на помощь им прилетает хотя бы один «неравнодушный».
— Это уже не уважение, а народная любовь… — глухо пробормотала Оля, следом за всем ордером пролетела по своего рода «змейке», проложенной по стыкам зон ответственности нескольких искинов, и задала вопрос на засыпку: — Слышь, Игнат, а как мы попадем в квартиру Мима, если в этом районе под контролем все и вся?
— Он не стал ограничивать доступ в квартиру… — со вздохом ответил я. — Заявил, что она все равно принадлежит Зрителям с Большой Буквы. А он их любит и не собирается ограничивать в изъявлении своих чувств.
— Поняла… — буркнула она и снова замолчала. Остальные девчата тоже ушли в свои мысли, поэтому оставшуюся часть пути пролетели в тишине. А после того, как приземлились на посадочную площадку для флаеров жителей сто девятого этажа жилого комплекса «Аллегро», стало не до досужей болтовни — БИУС занялся взломом «мозгов» системы безопасности квартиры Миронова, а Настена, «просканировав» ближайшие окрестности, сообщила, что ощущает эмофоны восьми человек. Впрочем, к тому времени, как «разблокировался» замок балконной двери, определилась с векторами направления на каждый и уточнила, что на нашем чувствуются всего трое.
