Я предложил вернуться в коттедж и умять какой-нибудь особо вкусный тортик из стратегических запасов девчат, но младшенькая заявила, что этот вариант продолжения безбашенного отрыва за душу не цепляет, и придумала альтернативный — опустилась на дно, достала из
В этот «воздушный колокол» было сложно «заглянуть» даже вдвоем, но идея была реализована — девчата съели по эклеру, а я уничтожил бутерброд с ветчиной. Потом мы с чувством выполненного долга сдули пакет, ушли вниз, разлеглись на песке, и Света ехидно поинтересовалась у Настены, как ей понравилось мое поощрение.
Эмпатка, устроившаяся рядом с Полинкой, шарахнула нас ощущением полного и всеобъемлющего счастья, нехотя отменила трансляцию и радостно замурлыкала:
— Впрочем, посвящение в Ведьмы свело с ума намного сильнее — мне до сих пор, бывает, снится Самое Первое «Падение», и я сначала верещу на все Пятно, а потом просыпаюсь, плавясь от запредельного удовольствия. Но то удовольствие было буйным. Это — дурашливое. А следующие, вне всякого сомнения, будут какими-нибудь другими. Поэтому меня рвут на части два взаимоисключающих чувства: с одной стороны, я хочу остановить мгновение и наслаждаться им целую вечность, а с другой жажду ускорить время, чтобы как можно быстрее попробовать Следующее Удовольствие…
Тут дамочки развили предложенную тему. Сначала вспомнили, что уже в конце мая с конвейера сойдут первые «Щеглы», и раскатали губы на буйство в родовом поместье. Потом захотели погонять по нашей гоночной трассе на «незаслуженно забытых» мотоциклах. А после того, как вытрясли из меня обещание порадовать их «еще и так», вдруг заявили, что этих удовольствий им будет мало. А значит, мне надо срочно включать фантазию.
— Фантазию, говорите? — переспросил я, поймав за хвост по-настоящему безумную мысль, рассмотрел ее под разными углами, не сразу, но пришел к выводу, что это безумие реализуемо, и хищно усмехнулся: — Включил. Не зря. Поэтому в конце апреля порадую… в о-о-очень интересном ключе. Так что предвкушайте Очень Буйный Отрыв!
— Колоться, как я понимаю, не будешь, верно? — грозно спросила Ольга, выслушала односложный ответ, размяла пальцы и… согласно кивнула: — Все правильно: чем меньше знаешь, тем убийственнее сюрприз! В общем, готовь. А мы подождем…
Услышав это решение Старшей Хозяйки рода, девчата согласно кивнули и сменили тему беседы. Пока они обсуждали меню «очень позднего ужина, плавно переходящего в чрезвычайно ранний завтрак», я привычно сравнивал менталитет уроженок Надежды со знакомыми представительницами слабого пола, родившимися и выросшими на Китеже. И, видимо, ушел в себя слишком глубоко, так как вернулся в реальность только после требовательного щипка Светы.
Она притворно вздохнула и повторила вопрос, изначально заданный эмпаткой:
— Настя спрашивает, на чем ей фокусировать внимание с завтрашнего дня.
Вопрос был из категории нужных, поэтому я посерьезнел, поймал взгляд «личного секретаря-референта» и добавил в голос самую чуточку металла:
— Во время тренировок в Пятне вкладывайся в усиление сродства с Пространством и в полет. А в Большом Мире — в раскачку умений, позволяющих чувствовать и «читать» простецов. Говоря иными словами, загоняй контроль над любыми перемещениями в подсознание, учись нас страховать, «привязывайся» ко всей Стае, «тянись» к нам при любой возможности, увеличивай
— Пока только до девятого… — вздохнула она.
— Шесть литров — это дамская сумочка. А эта конкретная — с тобой всегда и везде… — с улыбкой напомнил я, кинул взгляд на мелкую, но наглую рыбешку, подплывшую к нам почти вплотную,
и снова посерьезнел: — Только постарайся не перегореть: да, у меня хватает планов, так или иначе «завязанных» на твои способности, но эти планы
…Последний день пребывания в Обрыве наступил как-то очень быстро и начал радовать еще с ночи. Прорывами мелкой троицы. И пусть эти самые прорывы не дали нормально выспаться, зато к семи утра все подружки Птички взяли вожделенный третий ранг и… за время, оставшееся до завтрака, успели откалибровать
