Он забрал меня из барского дома, где я была безвольной крепостной. Меня хотели подарить другому хозяину, а затем выдать замуж за конюха, но внезапно в сумерках явился он — князь Немертвый. Загадочный и пугающе прекрасный. Он предложил забрать меня к себе, и я без раздумий согласилась. Однако чары моего спасителя рассеялись, как только мы вошли в его дом. Загадочный и утонченный князь превратился в бездушного монстра с убийственным взглядом. Его жизнь окутана жуткими тайнами, от которых кровь стынет в жилах, а его тело не стареет и не умирает. Кто он? И зачем я ему понадобилась? У меня так много вопросов, но никто не дает на них ответы. И все, что мне остается — это во всем слушаться нового хозяина и делать то, что он мне прикажет, потому что больше я не крепостная. Я — рабыня князя Немертвого.
Burito — Береги
Алина Орлова (da kooka) — На кровавых рассветах
MILENA DEINEGA, Сергей Арутюнов — На заре
IntroVert — Аврора
Даже — Везде тебя вижу
Linkin Park — POWERLESS
SOCRAT — Я болен тобой
Xueran Chen — Open Ocean
Poets Of The Fall — Heroes and Villains
Князь умирал.
Ему было страшно и холодно. Тело бил озноб, а кончики пальцев окоченели настолько, что уже не ощущались. Ног он тоже не чувствовал. Зато отчетливо слышал запах железа и мокрой земли. А еще каркающих ворон, одна из которых даже клюнула его в плечо.
Князь лежал с закрытыми глазами и ждал, когда боги заберут его на небо. Кровь сочилась из его ран и орошала прелую землю под ним. Казалось, что вытекать уже нечему, но алая жидкость все еще продолжала покидать его обессиленное тело. Вот только смерть все никак не спешила за князем.
Оглушительно закаркали вороны и захлопали крыльями, будто их кто-то спугнул. Князь попытался открыть глаза, но сил на это уже не было. Совсем рядом послышался шелест одежд. Чья-то теплая рука коснулась головы князя.
— Хочешь отомстить? — спросил тихий женский голос. — Я могу одарить тебя невиданной силой, которая сразит всех твоих врагов. Ты просто должен дать мне свое согласие на это.
Подул свежий ветер. Запах сырой земли, пропитанной собственной кровью, ударил князю в нос. С трудом приоткрыв рот, он выдохнул:
— Я хочу…
Таинственная женщина тихо и гортанно рассмеялась, и от этого смеха князю стало жутко. Смерть уже не пугала его так, как то, на что он только что согласился.
Женщина сжала горячими руками голову князя, и он ощутил адский жар, исходящий от них. Казалось, что его череп плавится, а глаза вот-вот лопнут. Не в силах терпеть адскую боль, князь закричал. Вскинув руки, он попытался оттолкнуть от себя женщину, но слабость не позволила ему это сделать. Из последних сил он зацепился за что-то прохладное и дернул это.
Вскоре жар утих, а боль спала. Горячие руки больше не сжимали голову князя. Все его тело налилось свинцом, но зато теперь он ощущал каждую его частичку.
Расслабившись и испустив протяжный выдох, князь провалился в забытье.
Он приехал на закате в черной карете с темными занавесками. Я бегала с другими крестьянскими детьми по дороге, когда услышала колокольчик и увидела тройку вороных коней. Заинтересовавшись, что за гость приехал к барину, я оставила детей и последовала за каретой.
Ямщик остановил лошадей у самого крыльца, на котором стоял барин с женой и детьми. Две старшие дочери были разодеты и размалеваны так, будто собирались на грандиозный бал. Они прямо стояли подле отца и матери и кокетливо обмахивались веерами.
Я спряталась за приоткрытой дверью сарая и замерла в ожидании, когда смогу увидеть прибывших гостей.
Дверца кареты медленно раскрылась, и из нее вышел молодой мужчина необыкновенной наружности. Его длинные волосы цвета воронова крыла были перевязаны черной лентой, а пронзительные темные глаза резко выделялись на слишком уж бледном лице с совершенными чертами. Вся одежда гостя с ног до головы была черной. В руке мужчина держал трость, увенчанную короной.
— Князь Глеб Владимирович! — радостно гаркнул барин. Его висячие красные щеки задрожали как студень, когда он спустился по лестнице, чтобы пожать руку своему гостю. — Вы, видимо, замерзли по пути. Пальцы аки ледышки, хоть на дворе и середина лета.
Князь поспешно отдернул руку, кашлянул в кулак и произнес глубоким вкрадчивым голосом:
— Это все последствия простуды.
— Вам нехорошо? — встрепенулась барыня.
— Болезнь уже отступила, благодарю за беспокойство. — На его бледных губах мелькнула тень улыбки.
— Позвольте представить мою жену, Варвару Николаевну, — барин указал на свою барыню, которая сделала неуклюжий книксен и вульгарно рассмеялась, — и моих дочерей: Дарью и Софью.
Барышни кокетливо хихикнули, прикрыв рты веером. Князь смерил их оценивающим взглядом и, кажется, остался разочарованным. Оно и понятно, ведь он был таким утонченным и прекрасным, словно принц из сказки, а они — вульгарными и развязными, как распутные девки. Молва о дочерях барина в округе ходила скверная.
— Это все? — склонив голову на бок, поинтересовался князь.
— В каком смысле? — не понял его барин.
— Дочери ваши, — князь небрежно указал на барышень тростью. — Их только две? Больше нет?
— Никак нет-с, — растерянно пробормотал барин.
— А крепостные? Много у вас женщин крепостных?
— Душ с сорок пади будет.
Ко мне подкралась Агафья и, хихикнув, прошептала:
— Барин молодой страшно как собой хорош, хоть и шибко бледный.
— Не барин, а князь! — поправила я подругу.
— Ой ли, велика важность!
— Велика! Князья по статусу выше всех идут. Вторые после царской семьи, между прочим! — продемонстрировала я свои знания дворянских титулов.
— Ах, вот оно что-о-о, — протянула Агафья. — Зачем же тогда такой вельможа приехал свататься к нашим барышням?
— Он хочет взять одну из них в жены? — Я оторвала взгляд от князя и удивленно уставилась на подругу.
