Судьба Володи Старинова, смертельно больного мальчишки, родных которого убили бандиты, совершила крутой поворот. Он понадобился российским спецслужбам, которые не пожалели для него ни дорогих лекарств, ни новейших методик боевой подготовки, ни сверхсекретной технологии перехода между мирами. И вот он уже не беспризорник Володя, а — князь Вольдемар, и спасение портового города Тортона в далёком королевстве Локхер зависит только от него…
Прежде всего, по старой доброй традиции, хочу поблагодарить всех тех людей, которые жертвовали своим личным временем и помогали выловить в книге самые разные ошибки — маленькие и большие, смешные и грустные… Без их помощи я бы закончил проверку намного позже. Ещё раз всем им большое спасибо.
Теперь немного о замечании, которое частенько делали мне люди, читавшие книгу… Я всегда был противником того, чтобы плодить сущности без необходимости, потому в своих книгах, если не было острой нужды, старался не вводить новые понятия. Мне совершенно непонятны замечания некоторых читателей о том, что в другом мире расстояния не измеряют километрами, название болезни иное и т. д. Я прекрасно понимаю, что в совершенно отличном от нашего мире другие меры и другие названия многих вещей. При не самой большой доле фантазии можно придумать им имена и перечислить их в виде справочника в конце книги, но зачем, если можно оставить привычные километры, градусы, титулы и тому подобные вещи? И читателю не придётся каждый раз вспоминать, что означает, например, турантох, и сколько это будет в граммах. Один раз я дал в тексте иную меру длины и название болезни, а дальше уже никогда к ним не возвращался, подразумевая, что все герои используют их, а для читателей предоставил перевод в привычные понятия. Если уж быть последовательным, то до конца: надо и титул для короля придумывать, поскольку он произошёл от латинского Carolus — Карл. Вряд ли в том мире был Карл Великий, а значит и титула такого там быть не может.
Поэтому, чтобы не создавать проблем ни себе, ни читателям, я использую привычные нам названия, подразумевая, что герои используют те, что приемлемы в их мире. Я — переводчик Promt, который переводит на русский иномирные слова и понятия.
Сказал, вроде бы, всё, что хотел. А раз так, не буду больше утомлять уважаемого читателя своим речами. Приятного Вам чтения.
Мужчина с явно военной выправкой стоял у окна не очень богато обставленной комнаты и нетерпеливо постукивал пальцами по подоконнику. Внезапно он резко развернулся к сидящему за столом собеседнику, который что-то записывал в блокнот.
— Сашка, ты уверен?! Ты действительно всё обдумал?!
— Ты же знаешь, что я всегда всё обдумываю. Тем более в таком важном вопросе.
Мужчина у окна стукнул по подоконнику.
— Но усыновление!!! С твоей-то работой!
— Я уже подал все документы, а до этого получил разрешение у начальства.
— Да ты посмотри на свою конуру!
— Раньше мне ни к чему было заниматься обстановкой.
— Не понимаю я тебя. — Чувствовалось, что мужчина сдался и теперь просто пытается разобраться.
— Я сам не понимаю, — признался Александр. — Но я никак не могу забыть глаза того мальчишки… Скажи, сколько людей из благополучных семей, не говоря уже о людях с улицы, способны забыть о себе и защищать друзей даже при угрозе собственной жизни?
— Ну…
— Вот то-то. Он заслуживает лучшего, и я сделаю всё возможное, чтобы этот мальчик стал счастлив.
— Ну смотри, тебе с ним возиться. А то давай подыщем ему подходящую семью…
— Я сказал нет.
В дверь позвонили. Александр Петрович вскинулся… кого это несёт? Никто вроде бы не должен прийти…
В квартиру вошёл ещё один мужчина с небольшим портфелем.
— Юрка, ты как тут? — Мужчина отошёл от окна и протянул руку.
— Привет, Виктор, — протянул вошедший руку. — Тебя каким ветром сюда занесло?
— Да вот. Пытаюсь отговорить это чудо… Но, похоже, уже поздно. Ты не знаешь Александра как я — этот тип упёртый, как баран.
Юрий вздохнул, сел за стол, достал из портфеля бумаги и молча передал их Александру Петровичу.
— Это передали из больницы, — вздохнул он, — …извини…
Александр Петрович схватил бумаги и быстро пробежал… выронил листы…
— Господи… это точно?
— В таких случаях положено делать повторное обследование, но… Извини, Саш, но не думаю, что это ошибка.
Виктор поднял выпавшие листы и тоже просмотрел. Выругался.
— Рак?
— Костного мозга.
— Шансы?
Юрий покачал головой.
— Слишком поздно. Болезнь, похоже, развивалась уже давно и сейчас… — он махнул рукой.
— И сколько ему осталось? — хрипло поинтересовался Александр Петрович.
— Полгода максимум.
Мужчина схватился за голову и опустился на диван.
— Скажи, за что это всё ему? Столько пережил и… Неужели ничего нельзя сделать? Ты же врач!
— Но не господь Бог! Есть методики лечения, но… они не излечат — продлят агонию, но не больше.
— Сколько?
— Что сколько?
— Сколько эти методики дадут времени?
— Гм… Если бы Володя не жил на улице я бы сказал о пяти годах, но так… три, три с половиной года.
— Три года… Но это всё равно лучше, чем ничего. Я… я не отступлюсь. Пусть три года, но я, чёрт возьми, сделаю эти три года самыми счастливыми для него!!!
Врач вздохнул.
— Ты знаешь, сколько стоит месячный курс по этим методикам? Как раз наши с тобой зарплаты.
— Но ведь есть какие-то фонды…