Включаю запись, быстро проверяю угол внутренней и внешней камер, ловлю отражение света на броне «Самодержавца-2», улыбаюсь в объектив и начинаю:
— Пивет! Это княжич Слава Светозалович, и сегодня мы будем кататься на «Самоделжавце-2»!
Транслятор с камеры захватывает за моей спиной слегка смущённую княжну Ильину.
— Это лучшая боевая машина, лазлаботанная в НИИ «Цалская техника»! А в гостях у нас её Светлость, княжна Матлёна Степановна Ильина!
Камера также фиксирует её неуверенную улыбку, она на мгновение моргает, но затем выпрямляется, входит в образ, принимая правила игры.
— Здравствуйте, — вежливо улыбается княжна.
— Влемя начинать! — говорю я, проводя рукой вдоль приборной панели, где ярко горят индикаторы. — И сейчас мы покажем, на што способен «С-2»!
Нажимаю кнопку старта. Гул мотора сначала приглушён, затем нарастает. Танк плавно трогается с места, и возникает ощущение, будто он не движется по земле, а по воде — мягко, но с непоколебимой мощью.
— Уплавление настолько плостое, что танком может уплавлять даже лебенок, — развожу руками указывая на себя. Мол, вот он — живой пример. — Все системы интеглилованы, всё на экланах. Всё интуитивно понятно, даже если ты не знаком с техникой. Клутишь джойстиками как игле. Всё настолько адаптиловано, что освоить его можно за несколько минут.
Отстегнувшись, я поднимаюсь на лесенку, нажимаю кнопку открытия люка, и, высунувшись по пояс, ловлю порыв ветра в лицо. Оператор снаружи снимает, как едет танк, и я махаю рукой в камеру, улыбаясь.
— Пивет!
Забираюсь обратно, крышка опускается автоматически, плавно и беззвучно. Падаю обратно в кресло, пристегиваюсь. Двигаю джойстик, направляя кружок мишени на битую машину.
— Автоплицел сам находит цель! Нужно только указть на кого наводить! Остальное танк сделает сам! — говорю, бросая взгляд назад. — Княжна! Готовьтесь! Целимся!
Матрёна пока держится молодцом, но в её глазах читается растерянность.
— Заляжаем, Матлёна Степановна! — командую, скользнув взглядом по её княжне в танковом шлеме.
Она на секунду замирает, затем тянет единственный рычаг перед собой.
Я выжидаю паузу, затем коротко:
— Огонь!
ГРОХОТ.
Всё вздрагивает, гул разносится по всей кабине, словно удар грома в замкнутом пространстве.
Матрёна резко хватается за поручень, глаза распахнуты, в них смесь легкого испуга и шока.
Смирнов ухмыляется, качает головой:
— Это ещё холостые.
Я широко улыбаюсь, азарт уже кипит в крови:
— Следующий уже боевой! Заляжаем, княжна!
— Я?.. Я не…
— Давай, Матлёна, заляжай! Всё будет холошо! Княжна! Заляжай!
Она в полном шоке, но слушается. Дёргает рычаг, губы поджаты, лицо бледное.
— Огонь!
Выстрел.
ГРОХОТ такой, что внутри будто молотят огромные барабаны. Броня вибрирует, гул разносится далеко по полигону. Ильина, которая в этот момент держалась за поручень, подпрыгивает на месте, и кричит, не сдержавшись:
— Хватит уже! Больше я не буду! НИ ЗА ЧТО! ПРЕКРАТИТЕ! СЕЙЧАС ЖЕ!
Я поворачиваюсь к камере, ухмыляюсь, голос звенит от адреналина:
— Ставьте лайки, подписывайтесь! А в следующий лаз я буду плыгать с палашютом!
Евгений Евгеньевич сидел у себя в офисе, пил крепкий кофе, просматривал отчёты по просмотрам каналов, отмечал рост активности на платформе. Всё шло по плану, графики выглядели прекрасно, цифры радовали глаз.
И тут звонок. Юрий Юрьевич.
Евгений Евгеньевич вздохнул и ответил.
— Евгений, простите, пожалуйста… — начал Юрий Юрьевич сразу с виноватым голосом. — Но тут такое дело…
Евгений Евгеньевич напрягся, поставил чашку на стол.
— Ну? Что там опять с княжичем Славой?
На том конце пауза, будто Юрий Юрьевич подбирает слова.
— Княжич Слава в следующем ролике кое-что пообещал. Мне кажется, тебе нужно это знать заранее.
— И что он там опять учудил?
— Парашют.
Евгений Евгеньевич медленно поднял брови.
— Какой парашют?
— Прыгнуть хочет. В следующем ролике. С парашютом.
Евгений Евгеньевич молча откладывает чашку, его взгляд устремляется в пустоту, пальцы медленно сжимаются в кулак.
Через мгновение он не сдерживается и взрывается:
— Какого чёрта, Юра⁈ Парашют⁈ Ему нет и двух лет! Какой нахрен парашют?!! Кто ему позволит⁈
Сегодня заглянул в «Кольчугу».
Неторопливо прохожу вдоль прилавков, разглядывая выложенный арсенал. Ножи, клинки, кастеты — всё, что нужно, Митяич уже выложил для меня.
Особенно интересуют метательные ножи. Хочется пополнить коллекцию.
— А эта что? — киваю на коробочку с иероглифами.
Митяич снимает крышку, ухмыляется:
— Новинка, княжич! Сюрикены, прямо из Японии!
Я приподнимаю бровь. К метательным звёздам я никогда особой любви не питал — предпочитаю классику: лепестковые или клиновидные ножи, как те же финки. Но, ради разнообразия, можно и взять. Беру один в руку, покручиваю в пальцах.
— Давай, — говорю, перебрасывая сюрикен в ладони. — Пять. Для начала.
