– Как вы это сделали? – шёпотом проговорил Данила, он даже не успел разглядеть прыжка, просто, бац – и меч уже у горла.
– Как, – передразнил Воислав и презрительно хмыкнул. – Где, как ты думаешь, твоя сила? В мече, в доспехах? Она здесь, – батька указал рукоятью меча себе на грудь. – И у тебя она тоже здесь, – крепкий узловатый палец ткнул Даниле в грудину. – Сделай себя сильнее здесь и станешь подлинно непобедимым. Изнутри всё идёт, вся крепость. Меч, копьё, стрелы – они только проводники, ведут твою волю туда, куда ты пожелаешь. Видел, как Шибрида с конями управляется?
– Ага, – только и смог вымолвить Молодцов.
– Вот так и меч, что конь боевой. Без коня воину тяжко, но он всё равно остаётся воином. Коли найдётся всадник достойный, и будет под ним скакун верный, направит он его на строй своих недругов, и будут они крушить врагов вместе, поскольку не сыскать тогда на свете друзей ближе. Не хватит воину силы – выбросит его конь из седла и ускачет прочь искать того, кто достоин. Понимаешь меня?
– Кажется, да.
– Так-то! Закали силу внутри себя, как кузнец заковывает сталь, и воля твоя станет оружием. Ты сам станешь оружием и будешь бить прежде, чем коснёшься железом. И страх врага будет бежать впереди твоего удара. Понял?
– Да!
– Нет, – Воислав улыбнулся, – ты не понял. Поймёшь – станешь великим воином, нет… как Бог положит.
В прошлый раз во время поединка Гуннара и Воислава присутствовал только княжий тиун. На этот раз Божий суд почтил своей персоной сам посадник. Асбьёрн расположился в специальном походном кресле под стать своему титулу, вокруг свита из ближников – всё как положено. Суд проходил недалеко от ярмарки на пыльном перекрёстке, дороги которого высушило майское солнце. Как всегда, поглазеть на поединок набежала уйма народу. Княжьи гридни расчистили круг шагов в двадцать в поперечнике. В противоположных сторонах встали лидеры судящихся – Воислав с Путятой и Гимли с родичами. Викинг сумел нанять тройку бойцов достойного уровня, за деньги, естественно. Судя по виду этой тройки – денег хватило совсем впритык, видимо, после смерти Гуннара Скряги у всего семейства наступили финансовые трудности. Никто из гридней или других матёрых бойцов не захотел добровольно встать на сторону Гимли. Может, не хотели проблем с посадником (а ну как ненароком убьют обережников), а может, опасались славы Воислава и могучего Добрыни.
Данила стоял рядом с варягами в полном боевом вооружении: кожаная куртка с нашитыми на неё редкими стальными бляшками, защитная шапка примерно той же конструкции. В руках копьё, такое же, как у Клека, Шибрида вооружился топориком на длинной рукояти. Мечи пока у всех висели в ножнах на бёдрах. Братья-варяги, облачённые в пластинчатые панцири, блестящие от жира, выглядели грозно и воинственно. Данила рядом с ними смотрелся куда как беднее. Зато никто в тройке противников не мог похвастать такими доспехами.
Основное оружие у противников было лёгким и рассчитанным на максимальную дистанцию, самое то для строевого боя. Это только в фильмах одна толпа с рёвом бежит на другую и все с ходу пихаются щит в щит. В реальности строевой бой – он умный, тем более до первой крови. Может, удастся сразу кого зацепить издали – считай, победа. Расклад трое против двоих почти гарантированный успех.
Асбьёрн не стал долго выжидать: как только воины обеих сторон подхватили щиты, он объявил начало боя.
Сошлись. Вернее, сблизились мелкими шажками. На дистанцию в полтора копья. Противники Данилы телосложением и оружием походили друг на друга как оловянные солдатики. На вид вроде бы викинги, а может, кривичи или чудь. Лишь у того, кто занимал место напротив Молодцова, из-под шлема выбивались жёлтые косицы, само лицо было трудно разглядеть. Данила про себя своего «визави» окрестил Блондином.
Поединщики Гимли решили не искушать судьбу – не стали с ходу бросаться на самое слабое звено бойцов Воислава (понятно, кто им был), а поступили стандартно – попытались обойти строй справа, зайти за правый, открытый, бок Клека. Обережники соответственно сместились. Оба строя закружили по пыльной дороге, словно два воина, выжидающие ошибки соперника.
Шибрида тонко свистнул, обережники выполнили домашнюю заготовку – разом качнулись на правую ногу, а затем сделали синхронный прыжок влево. Качнули маятник, прямо как боксёр, правда, боксёр один и соперник у него тоже один, а тут три пары опытных глаз.
Ставленники Гимли разгадали манёвр, но среагировали по-разному. Ближний к Даниле Блондин замешкался, Молодцов вытянулся, прикрывая голову щитом, ударил копьём в ноги. Противник отбил укол, но летевший в голову топор Шибриды уже не успевал. Спас его напарник, вовремя подставил щит. Хруст, треск – топор вошёл в деревянную основу по самый обух. Шибрида резко потянул на себя, и щит легко соскочил с руки противника. Если тот ожидал так вывести из равновесия варяга, то зря. Шибрида отлично контролировал себя и свою силу, даже топор не удалось сковать бесполезным теперь щитом. Мощный удар об утрамбованную почву, и оружие вновь готово к применению.
