Столица, с ее суетой, интригами, его не прельщала и его столичный особняк пустовал большую часть года, так как хозяин перебирался на полуостров. Прекрасный замок, любимая жена с сыном рядом, вино со своих плантаций, ласковое теплое море… Что еще надо для полного счастья? И Воронцов действительно наслаждался жизнью, пока в его размеренную жизнь не ворвалось известие о гибели всех членов Императорской семьи.
Это было как удар под дых. Николая Романова Илларион Воронцов уважал, супруга Воронцова даже на наречении княжича Алексея стояла рядом и стала его посаженной матерью. Дети Императора называли их тетей и дядей, а с их поздним сыном Димитрием, княжич Алексей дружил и считал его своим братом.
Император даже разрешал княжичу приезжать в Ялиту и гостить тут. Такое доверие многого стоит и вот Императора и всех остальных членов его семьи нет…
Слава Всеединому, что хоть княжич Алексей миновал этой участи. За день до этих трагических событий, дражайшая супруга Воронцова, Елизавета Андреевна, забрала княжича, с величайшего позволения Императора, погостить в Ялиту.
И теперь Илларион Воронцов не знал, как ему правильно поступить. Не верил он, что Император мог слететь с катушек и прикончить свою семью и всех слуг! Не такой был Император. Уж он-то свою силу лучше всех контролировал и был очень спокойным человеком. И как семью свою любил! Скорее князь Воронцов мог допустить тот факт, что кто-то очень ловко избавился от семьи Романовых, хоть и в это верилось с трудом, так как по мощи с Императором никто не мог сравниться…
А тут еще непонятная телеграмма, полученная несколько дней назад. Ох, не просто так все, ох не просто…
И если все так, как он подозревает… то княжич в опасности. Граф усилил охрану своего поместья, детей выпускал гулять только в сопровождении охранников и магов. И думал… думал, как дальше поступить, как уберечь Алешу от смерти…
Да и знал граф больше остальных. Род Романовых очень важен для Империи, нравится кому это или нет, но на их крови, на их магии много завязано. И это еще одна причина, по которой княжича надо сохранить любой ценой!
Поэтому и не передал в столицу сведения о княжиче, сам не посещал собрания Совета, хотя до одури хотелось послушать, кто что говорит и сделать свои выводы о лояльности к Императорской семье членов Совета.
От княжича новости о смерти всей его семьи скрыть не получилось, слуги проговорились, обмениваясь информацией, а малец услышал. Ни слезы не пролил, только губы стиснул и кулаки.
А потом его дражайшая Елизавета Андреевна слышала, как плакал княжич в своих покоях. Услышала и не стала заходить, чтобы не показать, что застала княжича в момент его боли и слабости. А ему, мужу своему, рассказала ночью…
От этих дум графа отвлек дворецкий, который сообщил ему, что к нему просится на аудиенцию какой-то мужчина, который имеет документ с печатью почившего Императора и настаивает на личной встрече.
Граф Воронцов тут же сбросил оцепенение и приказал дворецкому провести к нему просителя.
Сам же встал из-за стола и стал мерить шагами террасу.
Дворецкий вернулся быстро и с ним вместе пришел мужчина. Одет он был опрятно и со вкусом, но что-то в его внешности показалось графу отдаленно знакомым, хоть он и бы уверен, что этого аристократа он видит впервые.
- Доброго дня Вам, граф Илларион Иванович! У меня для Вас послание, ознакомьтесь, пожалуйста. – с этими словами мужчина протянул графу конверт, запечатанный Императорской печатью.
Илларион Иванович сразу узнал печать, только выглядела она как-то… свежо очень… Как-будто не таскали этот конверт седьмицу, а то и больше, в кармане, а под стеклом держали.
Он принял протянутый конверт, на котором не было ничего написано и пустил в него слабый импульс магии. Печать на конверте и на свитке, который был в нем, запульсировала и граф почувствовал отклик магии Императора. Значит, действительно, им подписана бумага и печать настоящая.
Но граф все равно не спешил открывать конверт, изучая курьера. Где же все-таки он его видел?
Дворецкий подал графу нож для бумаги и только после этого, Воронцов вскрыл конверт.
По мере чтения бумаги, его брови поднимались в удивлении, а когда он закончил читать, то сделал знак дворецкому выйти и вновь пристально посмотрел на мужчину.
- Так значит, Вы виконт, и назначены почившим Императором наставником княжича? Это удивительно, что об этом я узнаю таким образом, а не лично от него. Речь идет о его сыне, Вы не находите это все странным?
- Никак нет, граф Илларион Иванович, не нахожу! И готов сейчас же приступить к своим обязанностям и забрать княжича, чтобы препроводить его туда, где ему не будет ничего угрожать и защищать его даже ценой своей жизни. Согласитесь, у Вас ему находится тоже опасно.
- И все же… Хоть и подписана данная грамота Императором нашим, но с чего Вы взяли, что именно сейчас, когда мальцу угрожает опасность, я соглашусь отпустить его неизвестно с кем и куда? Он не посторонний мне человек, и я тоже готов защищать его до последней капли крови.