Остаток дня прошёл довольно спокойно, за ужином мы слушали хвалебные оды новому учителю из уст восторженного мальчишки. Девочки хвалились своим умением держаться за столом и выученному этикету. Тётя тоже буквально светилась, наблюдая за своими ученицами. А мне вдруг стало стыдно за свои мысли в которых хотела от неё поскорей избавиться. Я поняла, что ей не хватает общения и заботы о ком-то кто в ней нуждался. И я решила оставить всё так, как есть сейчас, дать тётушке самой решать, когда уехать к себе в поместье или остаться.
Мои мысли потекли по другому руслу, обращаясь к мужу. С одной стороны, у меня теперь есть отсрочка и время подумать и взвесить все за и против. С другой мне было немного одиноко, и обидно, что меня бросил муж в первый же день после брачной ночи. Бракосочетание в храме было оставшейся формальностью, но лишь после него официально выдавались документы о браке. И получалось совсем грустно вроде и замужем, а вроде и нет. И осуждать никто не будет, но и совесть гложет постоянно, я словно и не жена, а так сожительница.
Настроение моё совсем скисло, оставив своих домочадцев развлекать друг друга, ушла к себе в комнату. Малаша уже ждала меня, чтобы помочь раздеться и принять ванну. Через три дня прибудет караван с зельями и драгметаллами, здесь тоже нужно будет проследить за поставкой на завод и проверить руду. Мои мысли постоянно перескакивали с места на место, дел не убавлялось, забота о княжестве и людях постоянно держала меня в тонусе. Мне это нравилось, чувствовать себя нужной, но в то же время было тяжело нести эту ношу на своих хрупких плечах.
После вчерашнего дождя сегодняшнее утро, было просто великолепным, я вновь по привычке выскочила на балкон в одной сорочке, хорошо, знала, что муженька не будет, и никто мне претензий не предъявит. Вдохнула свежий насыщенный ароматами цветов воздух, почувствовав на языке вкус мёда и вишни. Вишневые кусты обильно цвели и благоухали, рассыпая вокруг себя розовые лепестки цветков. Захотелось пробежаться по лугу, утопая по колено во влажной траве, собрать губами с нежных лепестков капли росы, зажмуриться и поднять руки к солнцу.
— Доброе утро, княжна. — В комнату вошла Малаша, и начала деловито сновать по спальне прибирая брошенные мной вещи. Каюсь вчера мне было не до этого, и я сразу выставила девушку за дверь, не дав ей убрать платье.
— Доброе, Маля. — Я вернулась в комнату, накидывая длинный халат, затягивая на талии поясок.
Девушка закончила убирать комнату, я за это время умылась и вернулась назад, выбрала платье — нежного сиреневого оттенка, волосы попросила Малашу заплести в простую косу и заколоть на голове. Первым делом забежала в кабинет, написав поверенному записку, вызывая его в особняк для составления договора. После спустилась вниз, тётушка и дети уже сидели за столом и ждали меня.
— Доброе утро, Софи. — Первой меня поприветствовала тётя.
— Доброе утро, ваша светлость. — Хором поздоровались дети.
— Доброе, как ваше самочувствие?
— Замечательно, дорогая. Лекарство я приняла, и у меня полно сил.
— Это хорошо, тётя. — Я расположилась во главе стола, убрав салфетку с тарелки и постелив её на колени. — Всем приятного аппетита!
— Благодарим, ваша светлость. — Откликнулись дети.
Эти завтраки и ужины в составе тёти и детей уже начали входить в привычку. Мне нравилось за ними наблюдать, как они с каждым днем становятся всё раскованными и более открытыми. Они ещё не до конца нам доверяли, но делали первые шаги к этому. Благосклонность Филиппа я уже заслужила, наняв для него учителя, девочки же ещё немного стеснялись и были скованными, но тётя каким-то образом уже пробила тот толстый панцирь, в который они прятались. Удивительно, но в воспоминаниях Софии, тётя Аделаида никогда себя так не вела ни с кем. Надо, же оказывается люди действительно меняются, если чувствуют себя нужными и востребованными. Сразу после завтрака прибыл Жорж, проводив его в свой кабинет, отдала ему примерный текст договора и попросила составить чистовик. Потому как с минуты на минуту должен был прибыть учитель с вещами. Да и было у меня ещё одно дело к поверенному…
После того, как мною и учителем были проверены и подписаны оба экземпляра, поверенный заверил оба, господин Мацони откланялся и поспешил устраиваться в комнаты.
— Жорж, подождите. У меня к вам есть ещё одно дело. — Остановила я поверенного, когда он намеревался уйти.
— Слушаю вас, София.
— Вы знаете есть ли в столице люди, занимающиеся розыском пропавших людей? Частным образом?
— Вам нужен сыщик?
— Наверное. — Навряд ли здесь знают о частных детективах. — Я хочу разыскать родителей своих подопечных.
— Вы учителя наняли для них?
— Для мальчика, девочками занимается тётя. Ну, что скажите? Есть у вас знакомый сыщик?
Жорж задумался, на лице появилось сосредоточенное выражение, а я ждала. Этот человек пока был единственным кому я могла доверять, говорить ему, конечно, о моём иномирном происхождении я не собиралась, но о покушениях на мою жизнь сказать могу, да это и не тайна.
— Вы не пробовали обратиться в департамент полиции?
