В связи с этим нельзя не обратить внимание, что совсем недалеко от мечети Сулеймана находится роскошный султанский дворец Topkapi, где хранится великолепный «античный» саркофаг АЛЕКСАНДРА МАКЕДОНСКОГО, рис. 8.17. Не есть ли это подлинная первоначальная гробница Сулеймана?
Так или иначе, но сегодня саркофаг Александра Великого находится именно в Стамбуле. То есть именно там — где правил великий султан Сулейман Великолепный. Саркофаг Александра Македонского «имеет форму греческого храма, украшен скульптурами» [1464], с. 15. Здесь же, кстати, хранится хорошо известный «античный» мраморный бюст Александра, рис. 8.18.
Считается, что двумя столицами «Древнего» Египта были знаменитые города Мемфис и Фивы. Конечно, сегодняшним туристам уверенно показывают в африканском Египте и «остатки» Мемфиса, и «остатки» Фив. Однако ответить на вопрос, сформулированный в заголовке, — где они были расположены? — оказывается, не так то просто.
Н.А. Морозов писал: «Конечно, со стратегической точки зрения было бы неизбежно естественное образование столицы Египта именно в данном месте, недалеко от разветвлений Нила, при входе в дельту. Здесь действительно и существует в настоящее время город КАИР, и если бы говорили, что он и есть древний Мемфис, то трудно было бы что-нибудь возразить. Но древний Мемфис традиция помещает не в Каире, а километров на 50 южнее и притом на противоположном, по природе пустынном, берегу Нила Какие же следы остались от него там?» [99], с. 1118.
Египтологи уже давно смущены тем, что на том месте, где им пришлось «нарисовать на карте» Мемфис, — ДОСТАТОЧНО ЗАМЕТНЫХ ЕГО СЛЕДОВ ПОПРОСТУ НЕТ. Вот что сообщает Бругш: «Ныне от МНОГОСЛАВИМОГО города осталась только КУЧА РАЗВАЛИН разбитых колонн, жертвенных камней и скульптур…
Кто отправляется в Мемфис с надеждой увидеть местность, которой развалины сами по себе достойны ТОЙ СЛАВЫ, которой пользовался ЗНАМЕНИТЫЙ МИРОВОЙ ГОРОД на берегах Нила, — тот жестоко будет разочарован взглядом на НЕЗНАЧИТЕЛЬНЫЕ ОСТАТКИ старины.
ТОЛЬКО УМСТВЕННЫЙ ВЗОР, — сокрушается Бругш, — может вызвать из прошедшего Мемфис во всем его величии и великолепии, и только имея это в виду, можно предпринять поездку, которую можно назвать паломническою, к гробнице древней столицы, к тому месту, где некогда возвышалось знаменитое святилище Пта… — и где НЫНЕ ТОЛЬКО ПАЛЬМОВЫЙ ЛЕС И ОБШИРНОЕ, ФЕЛЛАХАМИ ОБРАБАТЫВАЕМОЕ ПОЛЕ вблизи арабского селения Мит-Рахине» [99], с. 106–107.
«Повторявшиеся неоднократно в наши времена раскопки на почве древнего Мемфиса с надеждой наткнуться на памятники, ценные в историческом отношении, — грустно завершает Бругш, — доселе НЕ ДАЛИ НИКАКИХ ПОЧТИ РЕЗУЛЬТАТОВ, стоящих упоминания» [99], с. 108.
Будучи поставлен перед необходимостью объяснить — куда же делись ХОТЯ БЫ КАМНИ от якобы практически полностью стертого с лица земли великого Мемфиса, Бругш предлагает такую версию: «КАЖЕТСЯ несомненным (? —
С Фивами положение не лучше.
Подводя итог сообщениям египтологов, Н.А. Морозов резюмирует: «От города НИЧЕГО НЕ ОСТАЛОСЬ… На восточном берегу Нила и до сих пор стоят величественные и хорошо сохранившиеся остатки Карнакского и Луксорского академических храмов. На другом берегу, как прежде, стоят также хорошо сохранившиеся остатки храма Курна, Рэмессеум, Мединет-Абу, НО ОТ САМЫХ СТОЛИЧНЫХ СТОВРАТНЫХ ФИВ — НИКАКИХ СЛЕДОВ!
Говорят, — продолжает НА. Морозов, — „они были разрушены по приказанию Птоломея Сотера II Латируса, жившего будто бы за 84 года до рождения Христа“…
Но где же их камни? Их нет. Говорят, они унесены ЕЖЕГОДНЫМИ НАВОДНЕНИЯМИ (Mariette, „Monuments“, p. 180). Но разве наводнения когда бы то ни было и где бы то ни было могли уносить камни, как плавающие бревна?… Да и кому же пришла бы ДИКАЯ МЫСЛЬ СТРОИТЬ СТОЛИЦУ В ТАКОМ ПУНКТЕ, ГДЕ ДАЖЕ КАМНИ ЕЖЕГОДНО УНОСЯТСЯ ВОДОЮ?» [544], с. 1116–1117.
