Книга 3. Семь чудес света полностью

Вернемся к исследованиям И.Я. Стеллецкого. Постоянно наталкиваясь на сильное противодействие, он обращается за поддержкой в ГПУ, «где надеялся получить разрешение на обследование тайников Москвы, а особенно Кремля. Но сотрудник ГПУ сказал: „В Кремль мы Вас не пустим, а вся Москва Ваша… Мы его сами весь ископали“. Однако фраза „вся Москва Ваша“ не соответствовала действительности. Тайник на Большой Дмитровке, например, обследовали сами сотрудники ГПУ, что и привело к нулевым результатам. Здания, занятые правительственными учреждениями, военными организациями, банками и т. п., также были недоступны для спелеолога. Но все же Стеллецкому удалось собрать новый материал о подземной старине. Были найдены и по возможности обследованы подземные ходы в Сухаревой башне, Юсуповском дворце (палаты XVII в. В Б. Харитоньевском пер.), Симоновом монастыре. Но чаще всего он встречал ходы, которые требовали расчистки (дом Консистории, церковь Гребневской Божией Матери на Мясницкой ул., дом Мейендорфа на ул. Герцена и др.). А в бывшем замке Бирона на Шивкой горке (ныне на этом месте находится высотный дом на Котельнической набережной) в подвале имелись свежезаложенные арки, за ними находился ход, предположительно выводящий в район Воробьевых гор (то есть очень длинный тоннель на много километров, уходящий, кроме того, вообще на другую сторону Москвы-реки! — Авт.). Минуя рогатки цензуры, Стеллецкий собрал в небольшой сборник материалы о подземной Москве, но издательства отказали ему в публикации под благовидными предлогами» [815:1], с. 13.

«После долгих изысканий в архивах Москвы он (Стеллецкий — Авт.) пришел к выводу, что „подземные ходы или тайники Москвы всегда составляли элемент фамильной и государственной тайны и в официальные документы сведения о них не заносились“. Оставалось осматривать здания, где были подземелья, проверять предания, легенды, слухи. Иногда (но очень редко) Стеллецкому удавалось встретить людей, проходивших тем или иным ходом» [815:1], с. 8–9.

«Игнатий Яковлевич пытался реализовать свои знания. Но на душе у него было горько. „Такие чувства остро переживал, пересматривая свои 10-летние бумаги о подземной Москве, собираясь писать очередную докладную записку (П.П. Ротеру) (начальнику Метростроя — Авт.) о подземной Москве… Почему мне долгими годами зажимают рот, и я ничего не могу напечатать о своих открытиях, которые, безусловно, наделали бы шум?“» [815:1], с. 15. Например, при проходке тоннеля метро около Кутафьей башни Кремля было обнаружено какое-то древнее кладбище. Но метростроевцам, естественно, было не до археологии. Кладбище было разрушено строителями, а погребения вывезены на свалку [815:1], с. 15.

«В подвалах бывшего дома Стрешневых (XVII в.), на территории строящейся Библиотеки имени Ленина, Стеллецким были обнаружены ступени каменной лестницы, уходящей под землю. Игнатий Яковлевич приступил к расчистке ступеней, но ночью кто-то специально повредил свод подвала настолько, что работать в нем стало опасно. Этим воспользовались противники Стеллецкого. Группа АРХЕОЛОГОВ из Московского отделения Государственной Академии истории материальной культуры (МОГАИМК) написала отрицательный отзыв о работе Стеллецкого в метро и, не поставив в известность исследователя, разослала отзыв в разные организации» [815:1], с. 15–16.

«В 1933 году Игнатий Яковлевич пишет письмо Сталину с просьбой разрешить ему начать поиски библиотеки Грозного в Кремле. И он получает это разрешение. Одиннадцать месяцев он ведет раскопки в подземелье Арсенальной башни. „Везде и всюду подземелья временем и людьми приведены в состояние если не полного, то очень большого разрушения. Общей участи не избежал и Кремль…“ До самой смерти Стеллецкий был уверен, что работы были прекращены (в 1935 году — Авт.) из-за „придворных“ интриг, в Сталине он не сомневался» [815:1], с. 16–17.

Стеллецкий рассчитывал «проверить упоминаемый в летописи „тайник“, т. е. подземный ход из Беклемишевской башни к Москве-реке… Пройти из Спасской башни подземным ходом до храма Василия Блаженного, близ которого спуск в большой тоннель под Красную площадь, тоннель весьма загадочного назначения. Пройти из Никольской башни подземным ходом, спускающимся ниже алевизовского рва в район Китая и Белого города» [815:1], с. 18.