Книга 3. Семь чудес света полностью

Как мы уже говорили, «история Есфири», развернувшаяся во второй половине XVI века, в эпоху 1553–1584 годов, фантомно отразилась затем в прошлом. Основными ее дубликатами являются: эпоха Ивана III Грозного (и Елены Волошанки) 1462–1505 годов, и эпоха Василия III (и Елены Глинской) 1505–1533 годов. Деятельность Даниила приходится как раз на время Василия III.

Пройдемся по «летописной биографии» митрополита Даниила.

Даниил, бывший митрополитом в 1522–1539 годах, «был преемником по игуменству самого препод. Иосифа (Волоцкого или Волоколамского — Авт.)… Даниил… зарекомендовавший себя своей услужливостью и угодливостью, после шести лет игуменства был поставлен им (Василием III — Авт.) в начале 1522 г. митрополитом… Князь не ошибся в своих расчетах, избрав Даниила в митрополиты. В нем он нашел себе усердного политического сподвижника-оппортуниста. Даже в личной нравственной жизни митрополита сказался его оппортунистический характер. Строгий аскет в монастыре — Даниил быстро усвоил при новом высоком положении стиль пышной вельможной жизни. Гастрономия в столе, эстетика в одежде и помпа при выездах. И ФИЗИЧЕСКИ ОН БЫЛ ЦВЕТУЩИМ ЧЕЛОВЕКОМ» [372], т. 1, с. 417.

Так что Библия недаром подчеркивает, что у Даниила, как и у избранных его сподвижников, «нет никакого телесного недостатка», что они «красивы видом» (Даниил 1:4). Иосиф Флавий добавляет, что эти иудейские юноши выдавались «особенной красотой» [878], т. 2, с. 30. Более того, оказавшись при дворе вавилонского царя, они, как говорит далее И. Флавий, «ДАЖЕ ПОПОЛНЕЛИ и стали выглядеть гораздо лучше прочих молодых людей» [878], т. 2, с. 31.

А.В. Карташов сообщает о митрополите следующее. «Герберштейн говорит о Данииле, „что он был человек ДЮЖИЙ И ТУЧНЫЙ, с лицом красным — и что, по-видимому, он был предан более чреву, чем посту и молитвенным бдениям, — что когда нужно было являться в народе для служений, он придавал лицу своему бледность посредством окуривания себя серой“» [372], т. 1, с. 417.

Н.М. Карамзин добавляет, что в момент своего избрания митрополитом, Даниил был МОЛОДЫМ, тридцатилетним человеком, со свежим, румяным лицом [362], т. 7, столбец 75. На рис. 4.20 приведена старинная миниатюра, изображающая митрополита Даниила. Митрополит Даниил вероломно предал Василия Ивановича Шемячича, выдав ему охранную грамоту, а затем, когда тот, неосторожно поверив, приехал в Москву, Шемячича тут же схватили и бросили в тюрьму [372], т. 1, с. 417–418.

А.В. Карташов продолжает: «Угодничество митр. Даниила великому князю особенно ярко проявилось в другом случае, когда митрополит оказался не просто изменником своему иераршему слову, НО ПРЯМЫМ НАРУШИТЕЛЕМ ЦЕРКОВНЫХ ПРАВИЛ. Это — в деле незаконного развода великого князя Василия Ивановича с его неплодной супругой Соломонией Юрьевной Сабуровой. Великий князь прожил с ней 20 лет и не имел от нее детей, не имел наследника сына, которому он спокойно передал бы свою власть… Обратились за советом, конечно, к митрополиту. Последний, стоя лицом к лицу пред возможностью УЧИНИТЬ БЕЗЗАКОНИЕ, сделал попытку сложить вину на чужую совесть. Он посылал за получением разрешения развода великого князя с неплодной женой к восточным патриархам и афонским старцам. ОТВЕТ БЫЛ ПОЛУЧЕН С ВОСТОКА ОТРИЦАТЕЛЬНЫЙ. Тогда митр. Даниил своею властью и покорного ему собора развел князя с Соломонией и насильно постриг ее в монашество под именем СОФИИ (здесь проступает параллелизм с „историей Есфири“ при Иване III, женой которого была именно СОФЬЯ Палеолог — Авт.) 28 ноября 1525 г., после чего она была отослана в заточение… 21 января 1526 г. митр. Даниил венчал уже Василия Ивановича сам на новый брак с ЕЛЕНОЙ ГЛИНСКОЙ (то есть с библейской Есфирью, см. выше — Авт.)… Поступок митр. Даниила НА БОЛЬШУЮ ЧАСТЬ РУССКОГО ОБЩЕСТВА ПРОИЗВЕЛ САМОЕ НЕБЛАГОПРИЯТНОЕ ВПЕЧАТЛЕНИЕ. Даже в одной летописи благословенный им великокняжеский брак назван прелюбодеянием» [372], т. 1, с. 418.