– Я еще не задумывался над этим. Только сейчас стал понимать, где мы, – заговорил Димка. – Это не сон. А ты верно спросила. Я понял. Зачем все это? Верно? Извечное – почему так, а не иначе?
– Верно, – согласилась Эл.
– Так голову сломать недолго, – сказал Алик. – Если я думал бы все время: почему и как? – без головы бы остался или я сам, или один из вас. Тут либо размышлять, либо действовать. А потом видно будет. Я делаю то, что решил, а время потом покажет, кому больше вреда или пользы от этого.
– Я не согласен, – возразил Димон. – Надо думать, что делаешь, а то можно такого наворотить. Помните, как в Индии мне подарили перстень, я его на пальце стал носить, а назначения не знал. Только от этого никакой уже конспирации не было. Идешь, а на тебя все пальцем показывают. Выходило, что я – духовное лицо.
– То, как тебя называли, переводилось как "хранитель", – пояснила Эл, а пальцем на тебя показывали, когда ты один ходил, без нас.
– Ну и пример ты придумал, – засмеялся Алик. – Я о другом говорил.
– Я тоже об этом, только с другой стороны. Важно знать, где ты находишься и куда дальше идти, – стал возражать Димка.
– Так не бывает, чтобы было точно известно, – спорил Алик. – Мы сейчас куда идем? Что из этого выйдет? Никто не знает.
– Мы не знаем, но те, кто позвали нас, знают. Перестаньте. Не надо спорить. Я говорила о другом. В чем здесь смысл? – вмешалась Эл.
– Тогда почему ты согласилась вернуться? Здесь в чем смысл? – спросил у Эл Алик.
– Я хочу разобраться в себе, – сказала Эл.
– Извечное "познай себя", – заключил Димка. – А знаете, почему я пошел? Не только из-за тебя Эл. Меня сюда тянуло, словно я здесь не сделал важное дело.
– Я тоже, – кивнул Алик. – Мы еще дома решили этот вопрос, пока ты была в Крыму. Мы тебе не стали говорить, думали – обидишься. Мы хотели вернуться сюда не потому, что ты уходишь. Дело и в нас самих. Наше место – здесь.
– Я больше скажу: вы сюда хотели больше, чем я, только вежливо молчали. Я думала, что и года не пройдет, как вы попроситесь обратно. Начинается очень важное время, ребята. Поздравляю нас – мы выросли. Считайте, что это наше первое нормальное назначение.
– А Уэст? – спросил Алик.
– Уэст? – переспросила она. – А кто из нас понимал, что там происходило на самом деле? Мы пытались выжить.
– Про тебя я бы так не сказал, – вставил заключение Димка. Он увидел, как Эл насторожилась. – Ладно, забудь.
– На Уэст я впервые поняла, что я не человек, – вдруг сказала Эл.
– Опять ты за свое, – сказал Алик. – Подумаешь. Ну, происходит с тобой что-то непонятное. Может быть, все люди так могут, но только не попадали в такие истории, как ты. А Лондер? Я же знаю, у него тоже были аномалии.
Алик едва себя не привел в пример, вовремя опомнился. Эл не заметила заминки, стала говорить:
– У него были мутации, которые, кстати сказать, описаны земной медициной, имеют научное обоснование, а у меня что-то другое.
– Напоминаю: ты можешь выяснить все это здесь, – сказал Димка. – Для того и явилась. Только не увлекайся очень, ты сюда, кажется, работать прилетела. Алик прав, не поднимай панику.
– Когда это я паниковала? – спросила Эл. – Ну-ка, напомни.
– Иногда бывает, – сказал Димка.
– Например? – резко спросила Эл.
– Да только что. Что будет? Что будет? Кто я? – подначивал Димка.
– Да так и есть, капитан, – поддержал его Алик.
Они кажется ссорились. Эл не должна была вообще заводить этот разговор. Торн рассудил, что она не осторожна. Что это? Попытка найти у них защиту? Не вышло.
– Вы что, поросята, сговорились? – спросила она. – Я паникую?!
– Вот вам за это! – заявила она.
– Ну, Эл, я тебе это припомню, – сказал Алик. – Мы в гостях, а то бы я задал тебе трепку.
– Ха! – воскликнула Эл.
– Двоих ты не одолеешь. Спорим?! – вмешался Димка.
Торн рассмеялся. Давно он не наблюдал и не слышал ничего подобного. Они вели себя как дети: спорили, шутили, цепляли друг друга. Он стал забывать, что среди людей такая форма общения считается нормой, он мыслил как капитан и ждал от Эл поступков капитана. Для нее молодые люди – прежде всего, друзья, а подчиненные в последнюю очередь. Авторитет Эл в этой тройке не был обеспечен ее званием. Они называли ее капитаном вместо прозвища, из уважения. Они ведут себя вольно, словно были здесь вчера. Интересно, чем они занимались в своем времени? Что помогло им сохранить спокойствие среди произошедших перемен? Как ему, будущему капитану и наставнику Эл, вести себя?
Торн почувствовал, что ему нужен совет. Он оставил наблюдение за молодыми людьми, препоручил их помощнику.
