– Возьми его, раз я проигрался, – говорил хозяин мальчика.
– На что он мне? Разве шкуру с него содрать да сшить сапоги. Давай другое, – говорил выигравший.
– Я все тебе отдал. Больше нет. Бери его, он будет служить. Ты идешь на юг, там могут дать хорошую цену. А мне он тоже ни к чему. Хотел я жену, вот его мамаша и подсунула мне спьяну дочь. А потом оказалось, что мальчишка. Теперь он сам знаешь для чего сгодиться.
– Десять тебе палок по горбу. Лучше двадцать, – заорал выигравший.
– Возьми мальчишку, – требовал, и очень настойчиво, хозяин мальчика.
– Не отдавай меня, – заверещал мальчишка.
– Ты еще говорить смеешь! – оскалился хозяин. – Ты ерзал, поэтому я проиграл.
Потом он ударил мальчика, да так сильно, что тот повалился с лавки на пол и там замер.
И тут внутри Верданы зашевелилась Эл. Мощное чувство – смесь ярости Верданы и возмущения Эл слилось воедино. Аристократка Вердана никогда не вступилась бы за нищего и не устроила бы разбирательство в трактире. Но не Эл.
– Эй, вы там, перестаньте орать! Вы портите мне хорошее утро! – рявкнула она.
Шум стих не сразу, только когда она двинулась с места. Мальчик на полу слегка поднял голову и в его глазах красноречиво отразился ужас.
– Это кто затыкает нам рты? – нахально спросил выигравший. – Видно из благородных. Почтенный гражданин, ступай, наслаждайся утром снаружи. Мы не при дворе императора.
Они загоготали. Приятно было узнать, что чувство юмора у них похоже на земное.
Она не раздумывала, как ей поступить. Стол, за которым она сидела, с грохотом перевернулся, она мягко перешагнула через него и через пять шагов оказалась около кучки игроков.
– Как ты меня назвал? Куда ты посоветовал мне идти? – спросила она протяжно, тоном угрозы.
Ее рослая фигура оказалась выше всех присутствующих за столом. Она откинула капюшон.
– Женщина, – шепнул один из них.
Вердана воспользовалась замешательством, вырвала цепочку из рук мужчины и дернула. Мальчик оказался на ногах.
– Когда это разрешили торговать людьми? – спросила она у владельца мальчика.
– Он мой, – переходя на визг, заявил хозяин.
– Теперь ничей, – сообщила она.
Вердана отшвырнула мальчишку в сторону с такой силой, что он клубком покатился по проходу к выходу. Уговаривать его уйти, не было нужды, он мигом скрылся за дверью.
– Он мой! – крикнул лишенный имущества.
– А сам не хочешь побыть рабом?! – это уже говорила Эл, желание проучить их возобладало над осторожностью.
Теперь ею двигал порыв. Она схватила ремень, который кто-то снял и положил на стол, как плату за проигрыш, набросила его на шею мужчины и сдавила мгновенно. Он захрипел, задыхаясь. Вердана подняла руку, и недавний обладатель мальчика повис над скамьей. Он хрипел и пытался высвободиться.
– Не много ли ты берешь на себя, почтенная. Что-то вы, господа, вольно себя чувствуете. Да уж не те времена и вы не указ. Я тебя быстро успокою. Я ведь не женат, может, еще станешь моей женушкой.
За столом раздался неуверенный смешок, но большинство отшатнулось. Меч оказался в свободной руке. Звук разрезанного воздуха, звон лезвия – и тонкая струйка жидкости засочилась из раны обидчика. Его шея украсилась свежей раной. Вердана точно рассчитала, она не задела важные нервные центры, рана была неглубока. Она еще задержала острие меча в его шее, достигнув тем самым наиболее устрашающего эффекта. Смерть – это конец, мгновение, в ней нет страха. А вот страх смерти длиться долго. Никто не смел пошевелиться, все замерли.
– Услышу еще слово – расстанешься с головой, – спокойно сказала она.
