– И, все-таки, ты еще на что-то надеешься…
– Да на что тут можно надеяться? – вздохнув, она махнула рукой.
Мати выглядела такой несчастной, подавленной, что Кишу захотелось хоть как-то поддержать ее, подбодрить.
– Надежда всегда нужна. Как и мечта. Главное, чтобы они не мешали жить… Мати, мы можем вообще не говорить об этом до самой помолвки. Я только хотел спросить: что ты имела в виду, спрашивая, уйду ли я из каравана вслед за собой? Просто…
Если так, нам уже нужно начинать собираться. По-тихому, чтобы никто не заметил, не узнал. Взрослые ведь не поймут такой поступок… – вообще-то, он и сам не особенно понимал.
– Мне нужно вернуться в свой караван.
– Мати! – он болезненно поморщился. – Ты же сама говорила, что должна быть искренна с собой и не мечтать о невозможном!
– При чем здесь мечта? – ее лицо словно покрылось ледяной маской, сквозь которую не было видно ни тени эмоций. – Я не хочу возвращаться. После того, что случится, это будет даже тяжелее, чем знать, что никогда не вернешься назад.
– Так в чем же дело!
– Я должна, Киш! Им нужна моя помощь!
– О чем ты! Тот караван… Он ведь идет тропой повелителя небес! С ним ничего не может случиться!
– Вот как? Почему же тогда все время что-то происходит?
– Ты не так меня поняла. Я хотел сказать – ничего такого, что могло бы стать концом, обернуться бедой. Господин Шамаш всегда защищал свой караван, и…
– Легко так говорить, когда знаешь лишь легенды, а не то, чем живут люди, о которых они слагаются! Когда…
– Да, я понял. Прости меня. Конечно. Тебе виднее. Тем более, что бог солнца опекает весь мир, и Его помощь может понадобиться где-то еще, заставив отлучиться из каравана. Так было в драконьем городе, и…
– Киш! – она глядела на него с укором.
– Я слишком много говорю, – вздохнув, караванщик качнул головой. – При этом по большей части о том, о чем не имею никакого представления. Что ж… Мы что-нибудь придумаем. У меня есть немного своих денег. Я копил на повозку. Поговорю кое с кем насчет одной из складских. В караване есть свободные. А если станут спрашивать, скажу, что родители торопятся с браком, а мне не хватает на жилую.
Это, конечно, будет не совсем правдой, но жилую в снегах мне никто не продаст, а ждать до прихода в город…
– Нет!
– Так я и понял. Конечно, начинать искать твой караван лучше было бы сейчас.
Потому что теперь с каждым днем мы станем удаляться от него.
– Почему?
– Ты говорила, они остановились около месяца назад.
– Да.
– Раз так, мы должны были уже нагнать их.
– Мы не могли пройти мимо него.
– Это верно.
– А, может быть, тот несуществующий город мне просто приснился, и на самом деле караван продолжает идти по снегам…
– Может быть. А может, он стоит где-нибудь, окруженный шатром-невидимкой. Ведь если боги решили спрятать его от глаз…
– Им ничего не стоило это сделать, – закивала Мати.
– Ты думаешь, так оно и есть?
– Да. Я почти уверена, что это так. И тогда… Тогда мне не позволят вернуться, пока моя судьба не будет решена…
– Госпожа Айя?
– Что? – в глазах Мати вспыхнул испуг. Ей даже показалось, что караванщик прочел ее мысли. Но это было невозможно, потому что Киш был простым смертным и не мог…
Или мог? Или он не был смертным? С кем она на самом деле говорила? С одним из демонов? Или Лалем, вошедшим в тело юноши? – С чего ты взял?
– Она повелительница снегов. А мы в пустыне, – спокойно пожал плечами молодой караванщик. – И, к тому же, ты только что говорила, что влюблена в господина Шамаша. Если бы госпожа Айя не была к тебе так благосклонна, то наказала б иначе – заморозила дыхание, обратила в снежного призрака… Не знаю. А так…
– Действительно… – поджала губы девушка. – Все очень логично. И объяснимо.
– Ну вот. А ты уже смотрела на меня, как на демона. Я же всего лишь человек, который просто привык наблюдать и анализировать… И делать выводы. Итак… Если мы правы… Она позволит тебе вернуться в свой караван, но не раньше, чем перед лицом небожителей ты будешь моей.
– Киш, я ведь просила тебя! Давай не будем больше об этом!
– Мати, я говорю не потому, что мне нравится повторять эти слова. Я пытаюсь разобраться. Ведь получается, чем дольше мы тянем с помолвкой, тем дальше отходим от твоего каравана, и…
– Я не знаю, не знаю! – вскрикнула она, взмахнув руками. Ее глаза молили: – "Оставь меня! Я… Я не могу… Только не теперь! Потом! Мне нужно время! Может быть, все решится как-нибудь само собой, и…" -Ладно, Мати. Прости меня за настойчивость. Я не должен был так вести себя, не должен был настаивать, давить на тебя, пользуясь ситуацией, твоей растерянностью…
И вообще, боги мудры. Когда мы не в силах принять решение, Они помогают нам.
Будем молить Их привести нас к верной тропе.
– К какой такой тропе? – они даже не заметили, как рядом оказались Нани и Инна.
– Верной, – одна задавала вопрос, вторая тотчас на него отвечала, словно специально заставляя собеседников почувствовать себя если не лишними, то уж точно совершенно не нужными.
– Это еще что за зверь такой? Я почему-то ничего о нем никогда раньше не слышала.
А ты, Инна?
– Тоже.
