Пехотинцы преодолели две линии вражеской обороны, впереди была третья – дзоты и прикрывавшие их заминированные проволочные заграждения. Губительный огонь неприятеля прижал пехотинцев к земле. До прихода сапёров все они были бы убиты. Сержант Николай Данилович Кучерявый бросился на заграждение: взрывы мин подняли колья с проволокой, образовался безопасный проход, по которому бойцы прошли к дзотам и взорвали их.
Во время войны с Японией на остров Шумшу был высажен морской десант. Взвод морских пехотинцев был прижат к земле огнём из двухамбразурного дота и нёс потери. Старшина 1-й статьи Николай Александрович Вилков и матрос Пётр Ильичёв подползли к доту и забросали амбразуры гранатами. Как только моряки поднялись в атаку, ожил один пулемёт, но его закрыл грудью тяжело раненный Вилков. После этого открыл огонь второй пулемёт, на вторую амбразуру бросился Ильичёв.
На позиции батареи, которой командовал капитан Николай Воробьёв, ворвались вражеские автоматчики; они засели в котловане в пятидесяти метрах от орудий и заставили артиллеристов укрыться в щелях. Не было никакой возможности своими силами выбить немцев из укрытия. Воробьёв стал пускать в направлении котлована трофейные ракеты подобно тому, как это делали вражеские корректировщики. Вскоре немецкая артиллерия произвела огневой налёт на цели и уничтожила своих автоматчиков.
Разведчик Иван Филин говорил по-немецки. У него была форма вражеского офицера. Переодевшись в неё и проникнув ночью в расположение неприятеля, Филин ворвался в землянку командира батальона и крикнул, что группа солдат намеревается сейчас сдаться в плен русским. Фашистский офицер выскочил из землянки и побежал к окопам, чтобы расправиться с перебежчиками. По пути Филин оглушил немца, заткнул ему рот, связал руки и доставил в свой штаб.
В расположение 3-й армии, которая готовилась к наступлению, из-за неисправности сел вражеский самолёт. Пилот, взятый в плен, назвал номера самолётов, которые могли летать в этом районе. Советский лётчик, устранив неисправность, каждый раз меняя номера, с небольшой высоты многократно обследовал оборону противника. Сведения, добытые таким путём, оказались чрезвычайно ценными при прорыве обороны врага.
Разведчики во главе с сержантом Шумиловым, возвращаясь из вражеского тыла, на рассвете обнаружили на опушке леса шесть средних немецких танков. Когда, проснувшись, танкисты вылезли из танков и собрались на поляне, разведчики обстреляли их из автоматов и забросали гранатами. Уцелевшие фашисты бежали на двух танках. Три танка разведчики подожгли, на четвёртом с помощью бывшего тракториста Мамедова благополучно прошли немецкие позиции и своевременно доставили командованию собранные сведения.
В дни обороны Севастополя под угрозой захвата гитлеровцами оказалась штольня с боеприпасами. Матросу Александру Чикаренко было приказано установить в штольне мину с часовым механизмом, проследить за его работой и перед взрывом покинуть склад. Услышав выстрелы и крики немцев, матрос понял, что неприятель близко и может захватить боеприпасы; он сам соединил контакты мины. Вместе с комсоргом Чикаренко погибло больше двух сотен фашистов.
Курсант училища имени Верховного Совета РСФСР Саша Ефремов подвозил на лошади снаряды к орудиям. Повозку окружили фашисты. Курсант отстреливался. Патроны кончились, тогда он встал, выпряг лошадь и прогнал её в поле. Немцы приблизились к повозке, чтобы взять в плен курсанта. Ефремов схватил снаряд и ударил взрывателем по другому снаряду. Герой погиб, погибли и гитлеровцы.
Самолёт капитана Ильи Борисовича Катунина был подбит огнём немецких кораблей в Баренцевом море. До берега долететь было невозможно, капитан направил горящий самолёт на самый большой транспорт и взорвал его.
Лейтенант Лебедев замаскировался в глубине немецких позиций и корректировал по телефону огонь артиллерийских батарей. Неприятельская колонна пехотинцев прошла наблюдательный пункт, и он оказался в середине её. Лебедев вызвал огонь на себя, враг был уничтожен, а корректировщик тяжело ранен.
Рота автоматчиков старшего лейтенанта Морозова с двумя танками и двумя орудиями во время рейда по тылам врага заняла развилку дорог. Проходившие по дороге автомашины гитлеровцев расстреливались в упор из пушки. Морозова беспокоило, что выстрелы могут привлечь внимание какой-нибудь немецкой части, и он приказал поставить поперёк дороги танк и закидать его снегом. Происходило это метельной ночью, вражеские машины двигались без света и с ходу разбивались о танк. Уцелевших фашистов уничтожали автоматчики.
Когда крупные боевые корабли были вынуждены уйти из Севастополя в другие порты, линкор «Парижская коммуна» ночью оставил на воде свою маскировочную сеть. Прилетевшие утром бомбардировщики неприятеля сбросили на неё бомбы.
