«Ровно в шесть утра 6 декабря без артиллерийской и авиационной подготовки, без криков «ура» армия в белых маскировочных халатах перешла в контрнаступление. Вскоре начала доноситься с передовой учащающаяся пулемётно-автоматная стрельба. Небо прочерчивали ракеты. Через час-полтора начали поступать первые боевые донесения об успешном продвижении вперёд. К рассвету на главном направлении армия прорвала оборону противника до пяти километров в глубину и до двенадцати по фронту. Враг был застигнут врасплох, ошеломлён. Он не мог сразу определить, что происходит: частная операция или большое контрнаступление. Не смог установить и численность наступающих.
Первый этап операции удался как нельзя лучше. К 10 часам в штабе армии суммировали данные: захвачено тридцать восемь исправных танков, а подбито и сожжено двадцать два, уничтожено семьдесят два орудия, сотни пулемётов, автомашин, захвачено боевое знамя полка 36-й гитлеровской дивизии – первое знамя врага!»
Но ты, читатель, не подумай, что бои были лёгкие. Фашистам никак не хотелось отходить от Москвы. И ещё их страшили морозы. Немецкая армия не была обеспечена зимним обмундированием, и немцы цеплялись за каждую деревню, за каждый дом, где можно согреться. В десятых числах декабря контратаки гитлеровцев против войск 30-й армии стали такими ожесточёнными, что некоторые населённые пункты переходили из рук в руки по четыре раза. Немцы бросили против сибирской и уральской дивизий 30-й армии больше 150 танков. Нужны были героические усилия, чтобы сдержать их. «Бойцы в упор расстреливали врага из орудий, противотанковых ружей, – вспоминает Лелюшенко, – бросали под гусеницы связки гранат, а на броню – бутылки с зажигательной смесью. Вскакивали на вражеские танки, открывали люки и разили немецких танкистов автоматным, ружейным огнём и штыком».
15 декабря наши войска освободили город Клин. К этому времени с начала контрнаступления – за десять дней – только 30-я армия захватила и уничтожила более двухсот танков и бронемашин, свыше пятисот орудий и миномётов, две тысячи автомашин и другую боевую технику. Было убито больше двадцати тысяч гитлеровцев, несколько тысяч взято в плен.
Общие потери врага в Московской битве такие: около полумиллиона человек, танков 1300, орудий 2500, автомашин более 15 000.
Немецкие войска были отброшены от Москвы на 150-250 километров. Посмотри ещё раз карту. Сравни положение линии фронта с начала контрнаступления и к его завершению. Были освобождены сотни деревень, посёлков и такие крупные города, как Калинин, Калуга, враг был отброшен далеко от Тулы.
Победа была поистине великолепной. Впервые германская армия потерпела сокрушительное поражение. Надо ли говорить о радости советских людей? Хотя было ещё очень тяжело, ещё не наладилась работа эвакуированных на восток заводов, весь народ проникся новой верой в то, что фашисты будут разгромлены окончательно. И люди не жалели себя, чтобы приблизить день победы.
Известие о разгроме немцев под Москвой мгновенно облетело землю. Английская радиостанция передала в эфир в те дни такие слова: «Лондон приветствует город Москву, храбрую Красную Армию, героев Красной авиации. За три месяца вы разгромили самый мощный натиск во всей истории войн. Половина мира, затаив дыхание, ожидала исхода. И вот этот исход – победа, победа для Москвы!» Во Франции, в Югославии, в Норвегии, во всех странах, захваченных фашистами, стало расти сопротивление оккупантам: народы увидели в нашей победе надежду на спасение.
