Занятые странниками небеса и бестиарием, - город, были совершенно иной гранью моего понимания. Для жизни и, что гораздо важнее, - выживания, здесь, мне придется измениться самому.
Все казалось бы сказочным, если бы не было таким привычно прагматичным. Век застывшей изящности тесно переплетался с прогрессом диковинной атмосферой гипертрофированной, распустившейся словно невиданный цветок, эпохи технологий.
Мне было бы тяжело с этим смириться, если бы не было так легко к этому привыкнуть. Звучит как полнейшая чушь, но именно такие ощущения возникали.
- Асперо, открывай! - Пробубнил Оз в здешний домофон, тем самым оторвав меня от раздумий.
Я даже не заметил, как мы пришли.
Миновав ненавистный мне лифт, мы вышли на цветочную лужайку с полюбившейся мне вечноцветущей "сакурой" поодаль и пошли к самому дому.
Тяжёлая деревянная дверь цвета хаки, оттопырилась, открыв нашим взорам потемки коридора. Мы вошли, мимо огромного, на всю левую стену, зеркала, в котором я вновь ехидно, отметил свою ясную белокурость.
Планировка особняка, ничем сверхъестественным не отличалась, - коридор, ступени слева на второй этаж, справа большая гостиная, в которой одновременно можно было спать, кушать, смотреть проектированное на стену изображение "телевизора"(в данном случае, - "вещателя") или, - как Асперо, - оттачивать умения ближнего боя. И ни одно из вышеупомянутого друг другу не мешало. Почти.
Асперо все больше и больше напоминал мне какого-то арийца, с чего-то, осквернившего свое тело татуировками. Такой же светловолосый, голубоглазый и в прекрасной физической форме. Длинные волосы заплетены в косу, с тщательно выбритыми висками и затылком, что и вынудило, впервые, принять его за местного викинга, что разжился классическим андеркатом.
Они с Озом вполне ярко контрастировали друг с другом. Будто две разные версии одного и того же человека, где Асперо был брутальным самцом, а Оз - изящным героем-любовником. Даже черты благородных лиц, с аккуратными, симметричными линиями, чем-то напоминали друг друга, иногда заставляя считать их братьями.
- Привет, язва! - поздоровался я, наблюдая за вьющимся с палкой в руках атлете с крайне скверным характером.
- Здарова, - без единого намека на одышку ответил он. - Уже начитался, о мудрейший?!
Я скривился. Непривычно слышать сарказм в свою сторону, а не наоборот.
- Угу, и финансовую пирамиду построить успел на местном, гибком законодательстве, - хмыкнул я, вспомнив о коммунистическо-капиталистической схеме местной экономики, которая при всей своей витиеватости, как ни странно, работала.
- Господин Озморн, вам стоит поучиться у Влада коверкать язык, - кажется, Асперо как-то даже хихикнул в процессе своих выкрутасов. - Вот из него бы вышел прелестный "чваньковник" и председатель Конгресса! Ничего не понятно, но звучит то как! Преле-есть! Кьё'ссай!
Я ухмыльнулся, увидев покрасневшего Оза. У них с Асперо бескомпромиссно противоположные взгляды на политическую систему КРИО. Блондин считает ее близкой к идеалу и все еще безгранично перспективной. Асперо же, в свою очередь, ведет себя как закостенелый социопат, ассоциируя всех до единого политиков с "толстожопыми говнюками, которые ничего не умеют, кроме трепа да ковки им самим непонятных законопроектов". И, прочитав несколько политологических учебников КРИО, я в чем-то с ним согласен...
- Асперо, мы уже обсуждали эту тему! Я не собираюсь... - Оз явно затеял очередную тираду о своем нежелании хоть как-то быть причастным к политике.
- Да ладно-ладно, - телохранитель мгновенно покинул боевой танец и подмигнул нам обоим, направляясь в ванную комнату.
Стоит отметить, - его кожа на процентов пятьдесят было покрыто непонятными татуировками, что словно оживали во время движения мышц. Будь я девчонкой, вероятно, меня бы загипнотизировало подобное зрелище.
- Я ничего такого не имел ввиду. Всего лишь шучу. Иногда... - последнее он добавил уже выйдя с гостинной.
В это время я плюхнулся на диван с которого открывался прекрасный вид на огромный шпиль замка магистрата за окном. Суровое строение, вмещающее в себя филиалы всех значительных гос-структур. Как и во всех реалиях, оно недвусмысленно намекало на разницу между истинной силой державы и отдельно взятой ее части. Единственное место, где был собственный многопассажирный дирижабль и с завидной периодичностью мелькали вереницы, похожих на бипланы, астаролётов.
Даже в таком яро урбанизированном мире, замок казался своего рода колоссом, возвышающимся над всеми. Как символ. И как напоминание.
- Вот же язва, - пожаловался Озморн, приземляясь по соседству.
- Именно, - послышался приглушенный крик Асперо со второго этажа.
Запала тишина. Я рассматривал эклектическое строение с немым пониманием, что все мое желание спать, вместе с усталостью, куда-то внезапно улетучилось. Вновь прислушавшись к чувствам, напрягся, но ничего не ощутил. Как ни странно, - был бодрым и ощущал себя абсолютно выспавшимся. Это то как раз и настораживало.