С: Пиши про то, как работаешь, а на работе рассказывай про то, что пишешь. И работу ищи такую, про которую писать интересно.
Я: Я уже пробовал так на последней работе – писал в соцсетях блог из наших с тобой диалогов на полторы страницы, в которых описывал, что происходит со мной на работе, как я испытываю дискомфорт, несвободу, страх перед начальством и заданиями. В итоге просто уволили. В последние недели работы просто перестал что-то писать. Пришел к тому, что на рабочем месте мне писать неудобно, а после работы уже слишком уставал. Максимум, что-то писал по выходным. Но это было не серьезно.
С: Давай, целью этого текста поставим не литературный успех, а чтобы у тебя была хорошая работа? С которой бы тебя не увольняли? Которая бы у тебя получалась? Была бы хорошо оплачиваема, не тошнотворна и совместима с творчеством? Так, чтобы можно было что-то писать, расслылать по издательствам, ждать отзывов? Чтобы это не мешало, а помогало основной работе? В общем, чтобы к моменту, когда ты поставишь точку в последнем предложении, у тебя была работа мечты, в той или иной её форме?
Я: Идея хорошая. Но как это сделать? И как мне быть с конкретной презентацией, которую нужно сделать к завтрашнему дню?
С: Думаю, этот шанс нужно просто упустить. Ты не готов сейчас выходить на работу.
Я: А жрать я сейчас готов?
С: 2-3 дня погоды не сделают. Хедхантер никуда не денется. Тебе, посредством написания этого текста, нужно разогнать какой-то внутренний механизм, который потом сообщит тебе необходимый импульс для выхода на работу и удерживания на ней.
Я: То есть, это будет текст про поиск работы? Про деньги? Не про секс, не про любовь, не про духовные смыслы – про деньги?
С: Про деньги и творчество, их конфликт и гармонизацию, про работу мечты.
Я: И это структурирует текст? То есть, понятно теперь, до чего дописываться? Но раньше двухсот страниц это наступить не может, потому что таковы требования по объему в издательствах?
С: Что-то вроде того.
Я: Смотри – катарсис на сегодня есть. Может, закончим? Или, прям, обязательно до 30-й страницы?
С: А сколько уже сегодня написали?
Я: Где-то 6 страниц. Чуть меньше.
С: Ну ок. Давай закончим, чтобы переутомления не было.
Диалог 2
(На следующий день)
С: Выпей две чашки чая, не спеша, молча, в качестве медитации. И начнем.
Я: Это минут на 30 медитация. Не хочу. Меня уже совесть мучает, что я и не пишу, и работу не ищу, а дурью маюсь. Даже не занимаюсь духовными практиками! Только что целый час сидел на сайте знакомств и отсеивал баб по принципу, чтобы была фотка с большими сиськами. Утро писателя называется! Час целый! Вместо творчества и поиска работы!
С: Личная жизнь – тоже важно.
Я: Вчера одну спросил, какой у нее размер груди, а она в ответ спросила, какой у меня размер члена. Я ей полу в шутку предложил фото члена прислать. Она сказала «шли». Но я сам же застеснялся. Кто ее знает, может там мужик-извращенец, вообще, на другом конце провода? Сегодня хочу с ней попробовать по видеозвонку созвониться. Может, так прям, по видео член ей покажу…
С: К чему ты это рассказываешь?
Я: Ну писатель же должен быть порочным и с яркой личной жизнью…
С: Яркость на уровне 10-классника! И вообще, истинная яркость – в духовности.
Я: Если говорить о духовности, то я вчера той тетеньке фото члена не прислал еще и потому, что я вчера ходил в храм, а она замужем и как-то уж совсем – утром сходить в храм, а вечером рассылать замужним женщинам фото члена.
С: Духовен, нечего сказать! А сегодня в храм не ходил, так можно и по вебкамере член показать?
