- Кустарь! А что вас раки ели, когда утопнете! Мельниченку кто строил? Бычков. Сероштану? - Бычков. Резникову? - Бычков. Осипу Павловичу глаголем#29, кто? - Бычков. Наливайченку, Василию Евдокимовичу... А где теперь Василий Евдокимович? Васька! Где Василий Евдокимович?
На этот вопрос Васька почему-то отвечает:
- Да брось ты... Василий Евдокимович! Первая сволочь была, живоглот... вспомнил тоже!
Бычков тупо смотрит на Ваську и чешет бороду возле уха:
- Не в смысле живоглота, а кто строил? И все стараются пообиднее, чтобы до сердца дошло: кустарь!
С Минаевым Бычков не водил компании, в комнаты не старался заходить, а по делу присылал жену. Но при встрече с Минаевым держался вежливо и говорил спокойно, высказывая вполне расположенную лояльность:
- Я не какой-нибудь лавочник, я и сам рабочий человек.
Кирик Бычков учился в одном классе с Тимкой. А старший сынок Бычкова Ленька - в том самом фабзавуче, где и Сергей, только шел на один год впереди. В свое время Леньку не хотели принимать в фабзавуч, но он поднял такой скандал, кричал и жаловался, несколько раз ходил в город, что своего-таки добился.
Тимка своим товарищем был доволен. Кирик имел спокойный характер, хорошенькое личико и всегда радостную, улыбчивую мину. И сегодня, выйдя во двор, он добродушно выслушал горячий рассказ Тимки о конфликте на "речке" и сказал:
- Их не нужно пускать. А знаешь что? Давай мы вечером перекопаем и сюда переведем эту... речку.
- Как переведем?
- А так: прокопаем и переведем. Под воротами, прямо сюда. А это будет море.
Мальчики подошли к морю возле сарая. Мысль была очень дельная. Тимка несколько раз через щель в заборе заглянул на улицу, посмотрел за сараем выходило все очень просто и удобно. Он только спросил:
- А если они не уйдут?
Кирик пожал плечами.
- Нет, они уйдут. Они спать пойдут.
Потом друзья вышли за ворота и осторожно остановились у калитки. На ручье занимались навигацией человек десять. Измокший и грязный Митрошка, у которого даже лицо было забрызгано грязью, до сих пор возился с газетным кораблем Тимки. По самым скромным требованиям, этот корабль давно отслужил свое, давно промок и насилу удерживал признаки корабля и мореходные качества. Но Митрошка, кряхтя, все водил его по бурному и опасному потоку. Он был так занят этим жалким делом, что даже не обратил внимания на Тимку. Другие мальчики с таким же увлечением управляли своими суднами, некоторые из них были прекрасной конструкции. Лучше всех был сделан корабль у Пети Губенко - сына заводского охранника. Материалом для него послужил толстый кусок коры. В Петином корабле были скамейки, мачта и парус, а неудобство только одно: корабль имел слишком большую длинну и, становясь поперек реки, обращался в мост. Кроме того, благодаря мачте он не мог заходить в речные пещеры.
Тимка с Кириком подошли к реке. Митрошка предусмотрительно взял свою газетную посудину и пенес навигацию дальше, вниз по течению. Петя Губенко побежал поближе к насыпи и там пустил свой корабль. Легкая темная лодочка, трепыхая лоскутом паруса, быстро понеслась по ручью. Она свободно скользила на вертлявых, спиральных струях, без усилий отталкиваясь от берегов и весело ныряла носиком на водопадиках. Петя бежал рядом и зорко следил за рейсом. Возле самых ног Тимки счастливый кораблик зацепился за стебелек старой травки и остановился, задрожав всем телом. Тимка присел к ручью и взял кораблик в руки. Он ожидал, что Петя обидится и закричит, и уже готов был ответить презрительной гримасой, но Петя спокойно смотрел с другого берега и не подавал признаков беспокойства. В благодарность за это Тимка сказал:
- Легкий какой!
- Это из коры, - сказал Петя.
- Ты ножиком вырезал?
- Ножиком.
- А где ты взял ножик?
- У меня свой ножик.
- А ну, покажи.
Петя доверчиво достал из кармана ножик и протянул Тимке. В ножике одно лезвие было сломано, а другое почернело и сточилось. Но все же, какое завидное счастье иметь такой ножик!
- А кто тебе дал ножик?
- Это матрос подарил.
Тимка напружинил глазенки:
- Какой матрос?
- Еще прошлым летом: мы с отцом ездили рыбу ловить, а там матрос был, так он и подарил.
- Он настоящий матрос? А где он сейчас?
Петя затруднился сразу ответить на оба вопроса. Он зашатал головой в старом картузе без козырька. Личико у Пети бледное, остренькое, худенькое, но у него очень стройная фигура и такая же стройность в лице: хороший светлый лоб и красиво вычерченные черные брови. Петя улыбнулся:
- Он на реке, матрос, на пароходах. А сейчас он в городе.
- А за что он тебе подарил?
- Он ни за что не подарил, а мы вместе ловили рыбу. Я ему и батьку червяков накопал, а он мне перемет сделал. А потом он и сказал: возьми себе ножик, у меня другой есть.
Тимка иногда слышал рассказы о таких чудесных вещах: вдруг в жизни откуда-то берется матрос и дарит ножик. Тимка не очень верил таким рассказам. Если им верить, так выходит, что достать ножик ничего не стоит. И почему такое счастье сразу привалило этому Пете? И матрос и ножик!
- Твой отец сторож? Да? - прищурился Тимка.
Петя серьезно опустил глаза и сейчас же поднял:
- Сторож. Он завод охраняет.
