Как будто в коробку сложили кусочки от разных паззлов: одеяло, подушка, окно это от больницы, как раз куда он и планировал попасть и, насколько он помнил, действительно попал. Но не хватает ремней и трубочек с иглами, и почему он лежит, подогнув ногу, как цапля, и почему руки свободны и обнимают подушку, как будто он спит дома или на базе?
– Это почти незаметно, Док… – сказал кто-то. – Почти незаметно, но я вижу, что ты проснулся и растерян. Зачем гадать? Можешь спросить, я тебе отвечу.
Док приподнялся и поглядел на говорящего. Тот сидел в углу окна на подоконнике, спиной к свету, но Доку не нужно было видеть его лицо, чтобы узнать: это не Гайюс. Другой, его коллега из того варианта, который Док называл про себя «измерением Рея».
– И что ты хочешь, чтобы я у тебя спросил?
– Ага, – удовлетворенно сказал не-Гайюс. – Совсем проснулся.
– Как ты догадался, – проворчал Док.
– У меня в записях про Рея значится, что он редкий зануда и вредина. Я рискнул предположить, что на тебя это тоже распространяется, Док.
Док сел, потянулся, покрутил головой. Ботинки стояли рядом с кроватью, он сунул в них ноги и прошелся по палате, разминаясь.
– Значит, всё-таки Док?
– Ну, ты же написал: «разуй глаза». Чего ты ожидал после этого? Что ты будешь исчезать и появляться, то с чипом, то без чипа, то голый, то одетый… Пристегнутый к кровати – или сладко сложивший ладони под щекой, как дитя? И никаких чипов, никаких следов чипа – а это не шутки. И что, я должен списать это на бред? Так это у тебя бред, не у меня.
– Это почему? – возмутился Док.
– Так уж сложилось: пациент здесь ты, значит, и бред может быть только у тебя. И если я вижу, что ты не Рей, если замечаю разницу между вами…
– Ты же не замечал раньше.
– Раньше не замечал. Это правда. Но после того, как ты любезно снабдил меня подсказкой, я стал присматриваться. И кое-что мне удалось заметить. Кое-какие концы, которые не сходятся. Особенно твой замечательный побег из архитектурного бюро через сад и по крышам.
– С этим-то что не так?
– Видишь ли, невозможно уйти из бюро через сад. Строго говоря, сада там шагов на семь, остальное – иллюзия. Купол, зеркала и проекторы.
– Черт… – выдохнул Док. – А как же?..
– Это не ко мне вопрос. Как-то ты прошел, и это видел не только я. Конечно, это входит в профессиональные риски. Случаи индуцированных галлюцинаций… случаются. Даже массовые. Но не в данном… случае. Я признаю, что был не прав. Я крайне заинтересован в том, чтобы разобраться в происходящем. Так что расскажи мне еще раз всё с начала. Пожалуйста.
– А кофе?
– Я знал, что ты спросишь, – он наклонился над сумкой, стоящей на полу у его ног, и вытащил блестящий стальными боками термос. – Хлеб, сыр, джем. Кстати, меня зовут Камилл.
– Надо же, – хмыкнул Док. – Хлеб, сыр, джем. Камилл. А вот этих подходцев ты у Гайюса набрался?
– Подозреваю, что нас учили примерно одинаково.
– Я буду есть и говорить одновременно, подходит? – спросил Док и не стал ждать ответа.
– Всё как-то… происходило. Видоизменялось. Было разное. А сейчас всё застыло, ничего не меняется. Всё одно и то же.
Камилл покивал. Потом мотнул головой несогласно.
– Из того, что ты рассказываешь, мне представляется, что были хаотичные изменения, без связи и общего смысла. А сейчас как будто выстраивается один цельный сюжет. Появляется его развитие. Если бы речь шла о…
– Ну?
– О твоей внутренней реальности, я бы сказал, что это хороший признак. Но поскольку этот как бы бред оказывается не только твоей реальностью…
– А ты точно не допускаешь мысли, что я и есть твой бред? Что эта вот моя история – это всё твоя внутренняя реальность?
– Есть и такая вероятность.
– Не пробовал проверить?
– Я полагаю, что если я пойду с этим к своему супервизору, то окажусь в соседней палате быстрее, чем ты можешь представить. Но я совсем, совсем не хочу этого. Если я болен, пусть я буду болен. Но не там.
– Рея-то ты уложил…
– Это правда. Не могу сказать, что жалею об этом. Других вариантов у меня просто не было. Теперь есть, благодаря тебе. Шаг за шагом мы пришли туда, где мы сейчас. Не то чтобы это облегчало мне жизнь. Но, несомненно, это расширяет мои представления о мире.
– Кажется, у тебя для всего есть подходящие слова.
– Я рад, что мои слова тебе подходят.
– А делать-то что будем?
– А зачем ты пришел?
– Вытащить девчонок оттуда.
– Что для этого нужно?
– Чтобы ты вколол мне этой дряни, и я как-то попаду тоже туда и как-то оттуда с ними выберусь.
– Очень ясный, исчерпывающий ответ. Я впечатлен. Ну давай. Ложись, устраивайся.
– Ты хочешь, чтобы я тебе доверился?
– Док, ты для этого и пришел. И в прошлый раз приходил, и записку оставил для этого же: чтобы мне довериться. Но сейчас тебе даже не нужно мне доверяться. Ты пришел, чтобы получить свой укол. Ты здесь спал, ты ждал, что я с тобой это сделаю. И если бы я тебе не поверил, я всё равно вкатал бы тебе этот укол. Ну?
– Это правда, – вздохнул Док и лег, вывернув руки венами кверху. – Давай. Только не тяни. Редкая же гадость…
– Я знаю, – ответил Камилл, и Док уже не сомневался: да, этот действительно знает, и больше, чем сам хотел бы.
