После трапезы в тот же день Господний и с дозволения обитателей дома мы поблагодарили их за заботу и отправились прочь из города. Но праведный судия не помедлил с наказанием за оскорбление Своей Матери. Не успели мы отойти на половину стадии[70], как нас нагнали всадники и громко умоляли помочь спасти горящий город. Обернувшись, мы узрели, что город превратился в угли. Мы стали спрашивать, как приключилось это несчастье, и нам ответили, что из моря неподалеку явился дракон. Он подлетел к городу, как раз когда мы покидали его, и пламенем из ноздрей поджег сначала церковь, а затем несколько домов. Услышав об этом, мы захотели взглянуть на подобное чудо и, оставив паланкин с реликвиями[71] под надежной охраной, вскочили на коней и поскакали обратно в город. Там мы увидели огромного дракона с пятью головами, летающего по городу и изрыгающего серное пламя из всех ноздрей. Он поджигал один дом за другим. Вернувшись к церкви, мы узрели, что от нее остались лишь зола да угли. Самым невероятным образом сгорели не только деревянные части церкви, но и стены целиком и даже самые крупные камни, а на месте алтарей были лишь искры и пепел. И странное чувство изумления охватило всех, кто видел это.

И вот, когда дьякон увидел, что его дом и церковь сгорели дотла, он собрал свои вещи и одежду и погрузил их на лодку, стоявшую у ближайшего морского причала, и оттолкнул судно прочь от берега, надеясь, что так он сумеет спастись от пламени. Но тут же дракон разыскал его лодку, словно это и было целью его появления, и сжег весь груз, а затем — удивительное дело — уничтожил пламенем и саму лодку. Мы направились к дому принимавшего нас хозяина, опасаясь за его участь, но, к счастью, и дом, и все имущество его уцелели. Он благодарил за спасение своего жилища Царицу Небесную.

Пожар не тронул не только жилой дом, в котором мы гостили, но и более отдаленные постройки, в которых наш хозяин держал скотину, так что он не потерял ничего из своего имущества. Небесное милосердие пощадило и прочих купцов, оказавших нам гостеприимство, и они понесли очень незначительные потери. Ярмарка в том месте длится в течение одного дня, и по окончании трапезы купцы собрали все свои товары и сложили их в надежном месте еще до появления дракона. Вид дракона напугал их до такой степени, что они кинулись врассыпную.

И вот тот самый дьякон, который изгнал паланкин с реликвиями Святой Девы Марии из пределов церкви, испытал запоздалое раскаяние. Босиком он проследовал к паланкину и распростерся пред ним на земле. Дьякон свидетельствовал о справедливости понесенной им кары Божией, каялся и молил о прощении.

<p>Костры из костей и семя драконово</p>

Всенощное бдение в честь святого Иоанна Крестителя (24 июня, день Ивана Купалы) считалось торжественным праздничным днем в календаре средневековой церкви, когда христиане с особым благочестием отмечали рождение Иоанна Предтечи — предшественника Христа. Традиционно в этот день жгли праздничные костры. В XII в. французский богослов Джованни Белето (1135–1182) описал древние корни этой традиции, составив примерно в 1162 г. трактат о литургических практиках под названием «Свод о церковных должностях»[72]. Согласно Белето, обычай возник вследствие необходимости отпугивать драконов дымом от костров из костей животных. Английское слово костер, bonfire, обязано своим происхождением этой средневековой традиции. При всей двойственности изначальной цели эти костры символизируют праздник рождения Иоанна Крестителя, ибо он является «горящим светильником», провозгласившим приход Христа.

Перейти на страницу:

Все книги серии Зачарованный мир

Похожие книги