Прежде всего встаёт вопрос о классификации. В нашей галактике около миллиарда звёздных систем и каждая из них чревата цивилизацией. Количество форм разумной жизни на сегодня едва ли поддаётся исчислению. Охватить всё их разнообразие не представляется возможным, однако никто и никому не мешает к этому стремится. Этот труд носит неприкрыто компилятивный характер и далеко не исчерпывает заданной темы; это не является его задачей. Возможно, чтобы её исчерпать будет недостаточно размеров одной человеческой жизни, но даже если я ошибаюсь, и размеров одной жизни человека окажется в самый раз, я всё равно не готов всю её без остатка посвятить решению одной этой, пусти и немаловажной проблемы. Инопланетная жизнь столь многообразна, что в ней очень легко потерять свою.
Предисловие к немецкому изданию 21... года
Прежде всего встаёт вопрос о классификации. В нашей галактике около миллиарда звёздных систем и каждая из них чревата цивилизацией. Количество форм разумной жизни на сегодня едва ли поддаётся исчислению. Охватить всё их разнообразие не представляется возможным, однако никто и никому не мешает к этому стремится. Этот труд носит неприкрыто компилятивный характер и далеко не исчерпывает заданной темы; это не является его задачей. Возможно, чтобы её исчерпать будет недостаточно размеров одной человеческой жизни, но даже если я ошибаюсь, и размеров одной жизни человека окажется в самый раз, я всё равно не готов всю её без остатка посвятить решению одной этой, пусти и немаловажной проблемы. Инопланетная жизнь столь многообразна, что в ней очень легко потерять свою.
Разумеется, всё это разнообразие можно схематизировать и подвергнуть наглядной классификации. Но предупреждаю, классификация сия будет очень антропоцентрична, организована исключительно на человеческих представлениях обо всём, и поэтому, само собой, далека от истины. Но я всё же надеюсь, что, несмотря на всё её формальное несовершенство, она станет эскизом для будущей белее здравой и более научной классификации.
Прежде всего, очевидным представляется тот факт, что все формы разумной жизни легко расщепляются на гуманоидные и негуманоидные типы. Как видите, мы сходу впадаем в грех антропоцентризма чистейшей воды. Что касается гуманоидного типа, то здесь всё достаточно просто: к ним принадлежат существа, более-менее созданные по образу и подобию человека. Написав, "созданные по образу и подобию человека" я, разумеется, выразился фигурально. Конечно, не созданные по нашему подобию ни в прямом, ни в переносном смысле, но имеющие в своём строении все наличные анатомические компоненты, которыми грешит, так называемый, человек разумный. То есть, как правило, это существа двуногие, прямоходящие и теплокровные. Правда, случаются и исключения, которые, как мы хорошо знаем, только подтверждают правило.
Что же касается типа негуманоидного, то тут царит полнейшая катавасия форм. Присмотревшись хорошенько, однако, можно проследить родословную каждой из них. Условимся, что нас не будет смущать то факт, что данные генеалогии носят чисто человеческий характер и что в них просматривается сугубо земные аналогии. Создавая эту классификацию, мозг человека, а конкретнее - мой, пользовался тем что находилось у него под рукой, иной подручный материал ему просто неведом, и обвинять его в том было бы, как минимум, не совсем корректно.
Виды негуманоидной жизни можно подразделить на очень голливудских рептилоидов, тоталитарных насекомоподобных, подозрительных головоногих и аристократов от кошачьих. Существуют также типы жизни, которые используют в своей форме комбинацию признаков различных видов, так называемые, эклекты. Это своего рода полукровки космических пространств. К ним, например, относятся ангелоиды, во множестве, как оказалось, населяющие современный Универсум; они являются эклектами классического образца. Это одна из немногих форм разумной жизни, которая имеет в своём наличии орнитологическую составляющую. Причислить её к гуманоидам не позволяют, не характерные для человекоподобных, крылья.
Предисловие к английскому изданию 21... года
Этот труд, как вы понимаете и как я неоднократно говорил, не претендует на завершённость, наоборот - он коренным образом паллиативен, и со всей откровенностью являет собой только начало. Труд этот скорее встуключ. пительная часть необъятной симфонии по описанию и систематизации всех внеземных форм разумной жизни. То есть, таких её видов, которые уже стали на путь культурного строительства и даже, до некоторой степени, успели создать свои собственные цивилизации, под час совершенно экстраординарные и фантасмагорические. Другие формы жизни в этом труде нас не интересуют. Приступая к нему, я отдавал себе отчёт в его непомерности и то, что заканчивать его, по всей видимости, выпадет на долю кому-то другому. Более позднему и, скорее всего, более счастливому автору, или может даже авторам. "Более счастливому", потому что у него, или у них, по крайней мере, будет хоть какая-то надежда увидеть эту книженцию в законченном виде, сданной под ключ.
Селениты
