Выше мы уже указали на один чрезвычайно характерный факт, повторяющийся с евреями во все времена и во всех государствах. Факт этот состоит в том, что, ставя себя под покровительство иноверческого государства и закона, представительство еврейское всегда и повсюду предлагало себя иноверческому правительству в посредники по взиманию с еврейской массы государственных податей и повинностей, но исправное и бездоимочное поступление их в казну гарантировало только при выполнении двух условий, а именно: 1) если самый процесс взимания будет производиться не чрез агентов иноверческой власти, а чрез особых, выбранных еврейским обществом и иноверческим правительством учрежденных лиц и 2) если иноверческое правительство обяжется оказывать этим лицам свою официальную поддержку на случай строптивости, неисправности и т.п. со стороны отдельных лиц еврейской массы.
Иноверческое правительство, заботясь при взимании государственных податей преимущественно об исправном их поступлении*4, вовсе не подозревало при этом предложении еврейского представительства каких-нибудь скрытых комбинаций и всегда охотно на него соглашалось.
Так было, как мы это видели, на первых же порах существования еврейской общины в Персии, благодаря такому же представлению учреждены были в Польше еврейские сборщики податей. Но раз такой порядок отдельного отбывания евреями государственных повинностей упрочивался относительно государственных податей, еврейскому представительству уже не трудно было установить такой же порядок для взимания с евреев и общественных сборов. Мотивы, указанные в законе 1844 г. относительно свечного сбора, что он утверждается “согласно собственному желанию евреев”, обнаруживают, что голос еврейских представителей при вопросе о взимании с них общественных сборов имел и в России не последнее значение.
И действительно. Положение от 19 декабря 1844 г. определяет, как видно из изложенного, что раскладка [начисление] и взимание государственных податей и земской повинности с евреев производится не агентами русской власти, а выборными от еврейской общины “благонадежнейшими людьми” – сборщиками податей и их помощниками. Если же мы здесь вспомним еще, что общественный и специальный с евреев коробочный сбор (общий) взимается агентами кагала, откупщиками, а коробочный вспомогательный и свечной – опять-таки сборщиками податей, то уже вполне станет ясно, что и в России представители сумели раскладку и взимание с евреев как государственных податей, так и общественных сборов общегосударственных и специально еврейских оставить и упрочить за собою.
Спрашивается, к каким результатам приходит еврейское представительство утверждением в России желательного для него и всегда им практикуемого порядка вещей?
Взимание, а в особенности раскладка государственных податей и общественных сборов составляет реализацию одной из важнейших функций государственной власти и передачу ее в руки кагала. Прикрывающегося в России с 1844 г. именем сборщиков податей. Является чрезвычайно важным моментом в жизни еврейской общины. С передачей этой функции в руки кагала этот последний выдвигается над еврейскою массою, становится на место иноверческого правительства и вместе с тем облекается обширною властью последнего над жизнью и имуществом всей общины и каждого еврея в отдельности.
И надо отдать справедливость, что еврейский кагал сумел воспользоваться и до сих пор пользуется всей полнотою власти для осуществления исключительных, национально-еврейских целей. Цели эти заключаются:
1. В неограниченном подчинении себе еврейской массы.
Запасшись правом раскладки [начисления] и взимания государственных податей и общественных сборов, для кагала отнюдь уже не представляется затруднительным расширить это право до желательных размеров, устанавливать в своем районе самые произвольные с евреев налоги и поборы, которые мы выше примерно перечислили и, что самое главное, при взимании их с еврейской массы прикрываться словом русского закона. Действительно, указанный нами закон (Полный свод законов. Том V. Установление о податях, приложение к ст. 281) в пункте 10, говоря о вспомогательном коробочном сборе, указывает, что этому сбору подлежат:
«1) известный процент от отдачи в наем принадлежащих евреям домов, лавок и амбаров;
2) известный процент с промышленности евреев, как-то: а) с продажи вина в корчмах и шинках, содержимых евреями в помещичьих селениях; б) с содержателей водочных и пововаренных заводов у частных владельцев; в) с содержателей стеклянных заводов (гут); г) с содержателей заводов для выделки разных изделий из меди и железа (гамерней); д) с содержателей, занимающихся содкою смолы и гонкою дегтя (майдонов); е) с содержателей салотопленных заводов; ж) с хозяев гуртов рогатого скота и овец*5;
3) известный процент с денежных капиталов, остающихся после умерших евреев;
4) сбор за ношение еврейской одежды, мужской и женской;
5) пени и штрафы с евреев за нарушение правил по сему сбору, который к оному и причисляется.
