Чужеземцы, разинув рты, принялись глазеть на рыжего мальчугана верхом на кремово-белой кобыле. Местные жители неловко кланялись, стиснутые со всех сторон своими соседями. Как и следовало ожидать, в нескольких постоялых дворах, куда они подъехали сначала, не было свободных мест. В конце концов, несмотря на полуденный наплыв посетителей, им удалось остановиться в таверне «Приют моряка», где расторопный хозяин предложил им комнату и стол, подав принцу и его свите вполне приличную еду. Один бедняга Тод остался без обеда, ибо его оставили присматривать за лошадьми и багажом.
Густая похлебка из рыбы и моллюсков не вызвала у Дэви приступа аппетита. Шум и запах в переполненном зале стояли такие, что у него заныли зубы. В прошлый приезд он нашел Миллтаун любопытным, даже экзотичным городом, но теперь тревога не покидала его.
— Вам следует поесть, милорд, — сказал рядом с ним Тейн. — Нам предстоит долгий путь.
Герцог с трудом улыбнулся принцу:
— То же самое я могу сказать и вашему высочеству.
— Я просто не люблю рыбу. У нее вкус… очень рыбный, — принц сморщил недовольную гримасу. — Вот если бы у них была оленина…
Он отпил глоток своего разбавленного водой вина и продолжил:
— Жду не дождусь, когда же мы наконец вернемся домой. Я ужасно скучаю по ма и…
Он оборвал себя на полуслове и опустил голову. Щеки его слегка покраснели.
Фитцуол перегнулся к нему через стол и нравоучительно сказал:
— Даже самый храбрый солдат скучает по дому, ваше высочество. Этого не надо стыдиться.
Тейн повернулся, и на мгновение его глаза встретились с глазами герцога. Дэви слегка вздрогнул, ибо ощутил и пережил острую тоску мальчика по семье так, словно это была и его семья. Колдовской Камень на его груди немного нагрелся, разделяя его эмоции, которые в этот миг стали общими эмоциями Дэви и сына Рыжего Короля-мага. Это была едва уловимая, но очень сильная магия.
— Милорд Дэвин, — шепнул вдруг Фитцуол, кивком головы указывая на соседний столик за спиной герцога, за которым вдруг раздались громкие гневные голоса.
— Я думаю, что наш обед закончен, — так же тихо ответил Дэви, протягивая свой кошелек сержанту. — Заплатите хозяину и догоняйте. Встретимся снаружи. Не забудьте обед для Тода.
Повернувшись к двум другим гвардейцам, Гэйбу и Силу, он твердо приказал:
— Если начнется заварушка, не вздумайте полезть в драку. Наша главная забота — безопасность принца.
Он уже крепко держал Тейна за руку, помогая тому выбраться из-за стола, однако все его внимание было направлено на ссорящихся.
Это были два крепких моряка-ксенарца, которые казались изрядно подвыпившими, несмотря на относительно ранний час. Принц уже выбрался из-за стола, когда пьяные моряки пошли на абордаж. Все могло бы кончиться хорошо, если бы в драку не вмешался третий, видимо, их приятель, который попытался разнять дерущихся. В награду за свои добрые намерения он получил удар ножом в живот.
Раненый отпрянул назад и, падая, врезался спиной в Дэви и принца. Рука Тейна выскользнула из пальцев Дэви, и принц, испугавшись, метнулся в сторону, прямо к тому моряку, который сжимал в руке окровавленный нож. Дэви, которого все еще соединяла с принцем таинственная связь, ощутил жгучую боль в своем собственном боку, когда кинжал моряка вонзился в тело Тейна. Внезапно внутри Дэви как будто что-то сломалось, он почувствовал холодную, расчетливую ярость, которая наполнила его целиком и разбудила Колдовской Камень даже в его шелковом узелке. Кинжал в кулаке матроса внезапно ожил и, вырвавшись из его руки, с глухим стуком вонзился в стену у него за спиной, причем лезвие вошло в дерево чуть не до половины.
Герцог Госнийский выхватил меч и быстрым, бессознательным движением отсек моряку руку до самого локтя. Только ладонь Фитцуола на плече помешала ему пронзить незадачливого пьянчугу насквозь.
— Принц! — выкрикнул в толпе сержант.
К этому моменту все, кто находился в таверне, друзья или враги вопящего матроса, повытаскивали свои ножи. Немногочисленная толпа наиболее благоразумных завсегдатаев таверны сгрудилась у выхода. Хозяин уже давно куда-то исчез. Дэви подхватил принца на руки и понес к дверям, пока трое гвардейцев прокладывали ему дорогу рукоятками мечей.
— Это сын короля Гэйлона! — проревел Фитцуол, заметив, что какой-то ксенарский матрос собирается напасть на Дэви с его ношей. — Держись подальше, если ты еще не совсем спятил!
Нападавший на мгновение замешкался. Дэви крепче прижал Тейна к груди, чувствуя, как горячая кровь мальчика течет по руке. Если бы они хоть немного походили на принца и его свиту, этого несчастья могло не произойти. Какое безумие — останавливаться в подобном месте!
Возле лошадей, привязанных в тени раскидистого дуба на заднем дворе таверны, их дожидался перепуганный Тод.
— В городе должен быть врач, — сообщил Фитцуол, который был так же бледен от беспокойства, как и Дэви.