“Или в когда-то”, - подумала Кьяра, вспомнив, что Аманис манипулировал со временем. Эридан без лишних слов начал подниматься по лестнице, ступени скрипели и пылили от каждого бряцающего шага.
— Наверху есть остатки магии, — продолжал рассказывать Калар, последовав за альбиносом, — правда я не смог определить их происхождение. Ни школу, ни давность. Это может быть магический фон, оставленный лабораторией или могучим артефактом…
Арум и Кьяра последовали за ними, процессию замыкал другой Селани. На втором этаже их ждала пустая площадка. Эльф постоял немного и двинулся на третий. Тифлингесса ощутила магический фон, о котором говорил зеленоглазый. Слабые отголоски магии, источник которой было невозможно распознать.
— Джи!
Эльф ругнулся, не дойдя до третьей площадки. Ему было уже прекрасно видно, что она тоже абсолютно пуста. Высокий потолок оканчивался крышей башни, сквозь прореху в которой было хорошо видно клубящееся небо. Это место и правда было давным-давно покинуто. Несмотря на разочарование, Эридан продолжил подниматься по лестнице, чтобы осмотреть последнюю площадку, а Кьяра взмыла под высокий потолок, чтобы обследовать крышу.
Пустое пространство вдруг наполнилось парящими в воздухе сферами разных цветов и размеров. Тифлингесса не успела притормозить и врезалась, сбивая их с причудливых орбит. Несколько шаров с грохотом упали на пол.
— Кьяра!
Крик Эриадан откуда-то снизу, а следом спокойный незнакомый голос, говорящий на устаревшем наречии инфернального:
— Девочка, прекрати громить модель Абейр-Торила.
Чародейка осторожно снизилась, чтобы встать рядом с эльфом, который уже замер наизготовку, выставив щит. Помещение преобразилось, осветилось волшебными огнями, выхватывая из темноты стены, оплетенные стеклянными трубами, полки, заставленные книгами и артефактами. Резкий запах реагентов смешивался с вонью болота, а ме стный магический фон вызывал дикую головную боль.
— Как ты? — обеспокоенно спросил Эридан.
Он не сводил расширенных от ужала глаз с гротескно деформированной фигуры, сидящей за алхимическим аппаратом. Эладрин-альбинос, на голову ниже Эридана, но имеющий с ним явное фамильное сходство, казался самым обычным, разве что ореол вокруг его тела был пепельного цвета, отчего он сам казался блеклым и болезненным, словно нежить. Когда он повернулся к девушке своей левой стороной, Кьяра и сама содрогнулась. Левый глаз — огромный немигающий с горизонтальным зрачком принадлежал кому угодно, только не эльфу. На правой руке отливали сталью огромные кинжальные когти, вместо левой руки — хаотично шевелящаяся масса черно-алых щупалец, растущих из непропорционально большого предплечья, перекосившего хрупкую фигуру. Чудовищный хозяин башни улыбнулся, и чародейка невольно сделала шаг назад.
— Я нормально, — ответила тифлингесса. — Эридан, помнишь, ты обещал мне желание? Прошу, не разговаривай с ним, пусть его тайны останутся тайнами.
— Эридан? — живо отреагировал монстр. — Так это ты. Я ждал… — он медленно двинулся в их сторону. — Я уже и забыл, зачем заперся здесь…
Черные щупальца потянулись в сторону эльфа и тифлингессы. Эридан попятился назад, закрывая собой девушку, и сказал, едва размыкая губы:
— Кьяра, я все равно ни слова не понимаю.
Аманис остановился, поняв, что гости от него убегают.
— Что-то не так? — прогудел голос словно из глубокого колодца. — Девочка, переведи, кажется, он не понимает. Я ждал его, ждал. Тебя не ждал, но и ты тут. Значит это вероятность семьдесят девять.
Его лицо исказила безумная улыбка, от которой чародейке стало дурно. Фигура эльфа прямо-таки вопила о противоестественности, напоминая уродливых искореженных выходцев из Бездны. Тифлингесса потянула белобрысого за собой:
— Эридан, пожалуйста, пойдем… — она обернулась. — Лорд Калар, вы хотели пообщаться с ним…
За спиной Кьяры была пустая лестница, кое-где заставленная обычным бытовым хламом. Арум и оба из Селани бесследно исчезли. Не сводя глаз с ужасающей фигуры, король попятился вниз по лестнице.
— Нет, вы не уйдете, не уйдете! — прошипел волшебник.
Щупальца метнулись вперед, обхватили альбиноса и потянули к себе, несмотря на то, что тот упирался из всех возможных сил. Зарычав, Кьяра рванула на себя жизненные силы Аманиса, но тщетно. Его тело — не поддающийся магии камень.
— Девочка, я знал, ты будешь владеть искусством, знал, — прошелестел он, словно играя разорвав нить заклинания.
Тифлингесса попробовала во второй раз, но на сей раз заклинание ударилось о непробиваемый щит. Мелькнуло размытое черное пятно, и несколько щупалец обмотались вокруг Кьяры и потянули в сторону волшебника.
— Девочка, я здесь бессмертен, бессмертен, — шелестел потусторонний голос. — Вы не сбежите. Там нет ничего, только башня. Мы вне времени, вне пространства.
Глаза короля полыхнули белым, модели с потолка полетели прямо в Аманиса, но разбились о невидимый барьер. Тот устало вздохнул:
