Дойдя до верхней площадки лестницы, Рхиоу задержалась, чтобы научить Арху проходить сквозь вращающуюся дверь с блестящими медными ручками. Оказавшись внутри, котенок замер, глядя на огромный вестибюль с расходящимися в стороны великолепными беломраморными лестницами.
– Нам сюда, – сказала Рхиоу и повела остальных налево, под галерею второго этажа, мимо арки из зеленого травертина, ведущей в зал писателей. Свернув за угол, они оказались перед незаметной выкрашенной желтой краской дверью с надписью «Только для сотрудников»; рядом со стрелкой, указывающей вниз, значилось «Кафетерий».
Арху начал принюхиваться.
– Не питай иллюзий, – проворчал Урруах. – Это пахнет обедом, который уже давно съеден.
Рхиоу услышала, как заурчало в животе у большого кота, и с трудом удержалась, чтобы не рассмеяться. Поднявшись на задние лапы, она толкнула дверь: когда в библиотеке не было посетителей, ее не запирали. Дверь отворилась с привычным для Рхиоу скрипом, и кошки стали подниматься по лестнице на средний уровень стеллажей. Оказавшись на площадке, Арху подбежал к решетчатым перилам и заглянул вниз.
– Ух ты, – вырвалось у него, – что это такое?
– Знание, – ответила Рхиоу, встав с ним рядом и глядя на четыре этажа, заполненные книгами, уходящие вверх, и на три этажа, уходящие вниз. Рхиоу знала, что общая длина полок составляет четыре с половиной мили; между полками кое-где были видны трубы пневматической системы, по которой направлялись заказы. Несколько винтовых лестниц соединяли между собой разные уровни; по проходам были проложены рельсы для тележек, развозящих заказанные книги и возвращающих на место сданные. Здание было сконструировано гениально: огромная масса полок не давила на зрителя, хотя и поражала его воображение; пространство, в котором с легкостью поместился бы многоквартирный жилой дом, было использовано так, что ни один дюйм не пропадал даром.
В центре помещения на том уровне, где сейчас находились кошки, располагалась большая комната с рабочими столами и прилавками, к которым подъезжали тележки с книгами. От общего читального зала ее отделяла резная деревянная стена с ячейками для заказанных книг. Сейчас закрывающие ее изнутри ставни были заперты: случалось, что эххифы разбивали стекла внешних окон читального зала и забирались внутрь, чтобы украсть старинные книги для продажи коллекционерам. Поэтому теперь самые редкие книги хранились в обитой деревом и забранной железной решеткой тюрьме отдела ценных поступлений на втором этаже, отделенные от общих стеллажей толстой бетонной стеной и охранной системой. Эхеф однажды сказал Рхиоу, что можно услышать, как по ночам книги перешептываются между собой сквозь решетки, как шуршат страницы пленниц, мечтающих о свободе. Рхиоу тогда так и не поняла, не разыгрывает ли ее старый кот. Маги никогда не лгут: слова для них – ценный инструмент, валюта, которую они не смеют обесценивать. Однако даже магия, благодаря которой от одного слова может зависеть судьба целого мира, оставляет место для юмора, а в глазах Эхефа был тогда такой озорной огонек…
Рхиоу улыбнулась воспоминанию.
– Сюда, – сказала она и повела остальных в центральную часть комнаты, где на столах стояло по два, а иногда и по три компьютера. Некоторые мониторы были включены и бросали вокруг мягкий синевато-белый свет. На одном из столов удобно разлегся, положив одну лапу на клавиатуру и задумчиво глядя на экран, старший маг Эхеф.
Он без особого интереса оглядел пришедших; впрочем, когда ему на глаза попался Арху, сонное выражение покинуло его морду. Эхеф был вефесш, или, как называли такую окраску люди, голубым. На его круглой плоской физиономии сияли большие ярко-желтые глаза, выгодно подчеркивающие голубоватый оттенок бархатного меха. В глазах Эхефа скользили отражения мелькающих на экране образов, быстро сменяющихся страниц текста.
– Все бесполезно, – тихо сказал он. – Даже магия бессильна против перегрузки линий. Телефонной компании следует что-то предпринять. Привет, Рхиоу, удачной тебе охоты.
– Удачной охоты и тебе, старший, – ответила Рхиоу, усаживаясь.
– Я все гадал, когда же вы выберетесь повидаться со мной. Как там, в Центральном парке, они завывают, Урруах?
– Громко, – с усмешкой ответил тот.
– Рад это слышать. Сааш, добра ли к тебе жизнь?
Миниатюрная кошка уселась, оглянулась на Арху и немедленно принялась чесаться.
– Жаловаться не на что, Эхеф.
– Понятно. – Старый кот снова взглянул на Арху, поднялся, потянулся и спрыгнул со стола. – Я чую новую магию. Как тебя зовут, юноша?
– Арху.
Эхеф ткнулся носом ему в мордочку и принюхался.
– Ага, буженина… Что ж, и тебе охотничьей удачи, Арху. Ты все еще голодный? Поймать мышку не желаешь?
– Неужели здесь есть мыши?
– Есть ли здесь мыши! Он еще спрашивает! – Эхеф оглянулся на остальных, словно прося помочь ему вынести подобную глупость. – Как будто в этом городе есть хоть одно здание, где не было бы мышей, крыс или тараканов! Мыши! Да их здесь сотни! Тысячи!.. Ну, некоторое количество, скажем так.
– Хочу их ловить! Где они?
Эхеф взглянул на Рхиоу.
– Он совсем новичок, как я понимаю.
