Вот еще один похожий случай. Один человек пришел к врачу Юханне ибн Ботлану [27], знаменитому своей опытностью, который был в своей лавке в Алеппо. Пришедший пожаловался ему на свою болезнь. Врач взглянул на него и увидел, что у него развилась водянка. Его туловище раздулось, шея похудела, и цвет лица изменился. Врач сказал ему: «О сынок, клянусь Аллахом, у меня нет для тебя средства, и лечение на тебя не подействует». Больной ушел, а через некоторое время он опять проходил мимо Ибн Ботлана, сидевшего в своей лавке. Его болезнь прошла, тело похудело, и все состояние стало хорошим.
Ибн Ботлан позвал его и сказал: «Это ты приходил ко мне некоторое время тому назад? У тебя была водянка, и твое туловище раздулось, а шея похудела. Я еще сказал тебе: „Нет у меня для тебя средства“. – „Да, это так“, – сказал этот человек. „Чем же это ты лечился, что твоя болезнь прошла?“ – спросил Ибн Ботлан. „Клянусь Аллахом, я ничем не лечился, – ответил человек. – Я бедняк. у меня нет ничего, и за мной некому ходить, кроме матери, слабой старухи. У нее был в кувшине уксус, и она каждый день наливала мне его на хлеб“. – „Осталось у тебя еще немного этого уксуса?“ – спросил Ибн Ботлан. „Да“, – ответил тот человек. „Пойдем со мной, покажи мне кувшин, в котором налит уисус“, – сказал врач. Человек пошел с ним в свой дом и показал ему кувшин с уксусом; Ибн Ботлан вылил из него весь уксус и нашел на дне кувшина двух гадюк, успевших уже разложиться. «О сынок, – сказал Ибн Ботлан, – никто не мог излечить тебя до полного выздоровления уксусом, в котором были гадюки, [277] кроме Аллаха, да будет он возвеличен и прославлен!»
У этого Ибн Ботлана бывали удивительно удачные способы в лечении. Вот пример.
Один человек пришел к нему, когда он был в своей лавке в Алеппо. У этого человека пропал голос, и его едва понимали, когда он говорил.
«Каково твое ремесло?» – спросил его Ибн Ботлан, и больной ответил: «Я делаю сита». – «Принеси мне полритля крепкого уксуса», – приказал врач. Тот принес уксус, и Ибн Ботлан сказал. «Выпей его». Больной выпил и присел на минутку. На него напала тошнота, и он изверг с уксусом много грязи. После этого его горло прочистилось, и голос восстановился.
Ибн Ботлан сказал тогда своему сыну и ученикам: «Не лечите никого этим лекарствам, вы убьете больного. В пищеводе этого человека задержались частички пыли из сита, и ничто не могло их извлечь, кроме уксуса».
Ибн Ботлан состоял на службе у моего прадеда Абу-ль-Мутавваджа Мукаллада ибн Насра ибн Мункыза [28]. У моего деда Абу-ль-Хасана Али ибн Мукаллада ибн Насра ибн Мункыза [29], да помилует его Аллах, появилась какая-то болезнь. Он был тогда еще маленьким мальчиком. Это взволновало его отца, и он испугался, что это проказа. Он позвал Ибн Ботлана и сказал ему: «Посмотри, что появилось на теле у Али». Врач посмотрел на него и оказал: «Я хочу пятьсот динаров, чтобы вылечить его и свести эту болезнь». Мой прадед ответил: «Если бы ты вылечил Али, я бы не удовлетворился, дав тебе пятьсот динаров». Когда Ибн Ботлан увидел гнев моего прадеда, он воскликнул: «О господин, я твой слуга и вполне завишу от твоей милости. Я оказал то, что сказал, только в виде шутки. То, что у Али, это прыщики юности, и когда он вырастет, это пройдет. Не делай же себе из этого заботы. Никакой врач, как и я, не скажет тебе: «Я вылечу [278] его» и не возьмет с тебя за это денег. Сыпь пройдет с возрастом». И все произошло, как он сказал.
В Алеппо была женщина, одна из знатных алеппских женщин, которую звали Барра. На ее голову напал озноб, и она закутывала ее в лучшую шерсть, бархатные шапочки, платки и шарфы, так что казалось, что на ее голове большая чалма, но она все-таки стонала от холода. Она позвала Ибн Ботлана и пожаловалась ему на свою болезнь. Он сказал ей: «Достань мне до завтра пятьдесят мискалей пахучей камфары. Возьми ее в долг или на подержание у какого-нибудь торговца благовониями, и она будет возвращена ему целиком». Больная достала камфару, и на другой день он сбросил с ее головы все, что на ней было, и втер эту камфару ей в волосы. Затем на голову женщины снова надели то, чем она была закутана, но больная все стонала от холода. Она заснула на короткое время и проснулась, жалуясь на жар и недомогание в голове. С нее снимали вещь за вещью все то, что было у нее на голове, пока на ней не остался один платок. Затем она вытряхнула из волос всю камфару, и ощущение холода прекратилось. С тех пор она стала довольствоваться одним платком.
Нечто похожее на это случилось со мной в Шейзаре. Меня одолел страшный озноб и дрожь без лихорадки. На мне было много одежд и меха, но когда я делал движение сидя, я начинал дрожать, волосы у меня на теле становились дыбом, и я корчился. Я позвал к себе врача шейха Абу-ль-Вафа Тамима и пожаловался ему на то, что испытывал. Шейх сказал:
