Книга несчастных случаев полностью

– Нейту он рассказал совсем другое.

– Теперь ты понимаешь, что я имел в виду?

Мэдди уютно свыклась с тем, что Джед не мог иметь никакого отношения к случившемуся, но теперь… сомнение тяжелым грузом сгустилось у нее в груди.

– Ладно. Знаешь, я бы тоже не хотела, чтобы люди узнали о таком. Все так таинственно… – Она развела руками. – Учитывая то, какое сверхстранное дерьмо происходит вокруг – девочка, молния, Риз, – я не вижу смысла тыкать пальцем в того, кому мы все-таки вроде как верим. А ты?

– Ну… – пробормотал Фига, – я не знаю. – Вздохнув, он потер виски. – Мы обязательно найдем Нейта, – поспешно добавил он, увидев убитое выражение лица Мэдди. – Теперь дело забрала полиция штата. Им занимается Контрино – он сволочь, и я его терпеть не могу, но детектив толковый и дело свое знает. Так что это лишь вопрос времени. – Помолчав, Фига повторил, словно стараясь убедить себя: – Мы найдем Нейта.

«Но найдем ли мы его живым?» – подумала Мэдди.

Она снова и снова прокрутила все в голове. Если Нейт в тот вечер направился к Джеду домой и пропал до того, как попал туда… он должен был оставить какой-то след, правильно? Однако полиция ничего не нашла. Хотя найти что-нибудь трудно, конечно. Весь лес завален опавшей листвой. Ни пятнышка открытой земли. Но теперь Мэдди вышла за рамки ближайших окрестностей. А если Нейт все-таки дошел до дома Джеда? Возможно, они действительно отправились вместе куда-то.

– В тот день было тепло, – задумчиво произнесла Мэдди.

– Да.

– А ночью похолодало. Температура здорово понизилась.

Фига обдумал ее слова:

– Да. Ты права. На следующий день ударил мороз. И оттепели с тех пор не было.

– Если остались следы, они должны были замерзнуть и сохраниться.

– Мы проверили лес рядом с домом.

– Полицейские осматривали владения Джеда? И парк?

– Возможно, его владения. Я не осматривал, а они, наверное, осмотрели. Что касается парка, Нейт говорил, что они собираются проверить тоннель. С той стороны, откуда они могли в него войти, – асфальт. На нем никаких следов не останется.

– Но парк ведь к этому времени был уже закрыт… – Мэдди наморщила лоб. – Рэмбл-Рок закрывается с наступлением темноты, так? А ключей у вас нет.

– Он относится к Управлению парков. Думаю, они просто перелезли через ворота, если действительно направились туда. Через них запросто можно перелезть. Или можно обойти.

– Обойти – значит, по земле.

– Ну да, верно.

– И, – продолжала Мэдди, лихорадочно соображая, – я знаю Нейта. Они направлялись в парк с какой-то целью… – «Какое-то безумие». – Они не хотели, чтобы их заметили, и еще я знаю, что Риз убивал девочек на поле камней. – «На тех самых камнях, по которым парк получил свое название». – Быть может, они направились туда.

– Гм… – Фига задумался. – Очень уж много «быть может».

– Это лучше, чем ничего.

– Надежда слабая, но я готов все проверить. Работы у меня мало, поскольку сезон охоты еще не начался. Ну то есть начался, но пока можно использовать только ружья, заряжающиеся с дула[89], а сейчас таких уже почти ни у кого не осталось. Я посмотрю.

– Давай прочешем парк, начиная от дома Джеда и до камней, а затем до тоннеля.

Допив остатки кофе, Фига встал.

– Слушай, Мэдди, тебе и так уже изрядно досталось. Не хочу втягивать тебя во всю эту дрянь…

– Я сама этого хочу. – Поймав себя на том, что в ее голосе прозвучала настойчивость, требовательность, Мэдди смягчила тон. – Мне необходимо чем-то заняться, иначе я вырву себе ногти зубами, твою мать. Ночь за ночью мне удается урвать лишь несколько часов сна. Когда пробую есть, на меня накатывает тошнота, и я, не съев и половины, отодвигаю тарелку. Мне нужно что-то делать. Я хочу помочь. Речь ведь о Нейте, разве не понимаешь?

– Да, понимаю, – Фига кивнул. – На все сто. Давай отправимся туда завтра. С утра пораньше, ты и я. Как тебе такой план?

– Лучше не придумаешь. Спасибо, Фига!

Джейк когда-то был Оливером. Ну, одним из Оливеров.

В глубине души он это знал. Однако уже давно называл себя Джейком – Джейк вот уже на протяжении шести лет, Джейк во всех ветвящихся временны́х линиях и вселенных, Джейк для каждого Оливера, которого встречал. Джейк и только Джейк: он не просто принял это имя, он создал для себя новую личность. В каждом мире, куда он попадал, Джейк немного подстраивался, чтобы произвести впечатление именно на здешнего Оливера: он выреза́л из себя ключ, подходивший к замочной скважине в сердце каждого Оливера.

Во многих смыслах он уже не был Оливером.

Оливер был кем-то другим.

Оливер был мальчиком со шрамами от ремня на спине.

Мальчиком со сломанной ногой, с синяками от любимых книг, у чьей матери была сломана челюсть, потом срощена – и перестала работать.

Оливер умер в угольной шахте.

И там же родился Джейк.

Тот самый Джейк, который сейчас стоял и смотрел, как старый козел расхаживает в тесном пространстве за старым обтрепанным диваном.

– Джейк. Джейк! Знаешь, он приходил снова, – сказал Джед. – Ко мне домой.

– Угу. – Джейк скривил верхнюю губу в презрительной усмешке. – О, Джед, проходи, чувствуй себя как дома.