Книга о хорошей речи полностью

Как и всякие тропы, сравнения могут быть общеязыковыми у и индивидуально-авторскими. Общеязыковые сравнения носят устойчивый характер. К ним относятся, например, такие: голубой как небо, быстрый как ветер, легкий как пух, голова лысая как колено, соловьем поет, как гром с ясного неба, крутится как белка в колесе. В основе некоторых общеязыковых сравнений — шутка: умный как утка, мокрый как мышь, глуп как пробка.

Хотя образное значение общеязыковых сравнений для нас и не ново, они тоже оживляют речь, и лишь немногие из них «стираются» как образы (летел стрелой, прибежал как угорелый). Трафаретные сравнения, ставшие речевыми штампами, не следует употреблять, потому что они не создают образа, а лишь загромождают речь. Например: В этих успехах, как в фокусе, сконцентрирована большая работа всего нашего коллектива, лучше было бы написать: Этих успехов мы смогли добиться, потому что хорошо работали.

Художественные сравнения у больших писателей всегда новы, необычны, даже если они рисуют и похожие явления, предметы. Например, разные поэты описывают облачное небо по-разному. У А. Пушкина есть такое сравнение:

Н. Некрасов создал такой художественный образ:

Н. Асеев писал:

У Вл. Луговского находим самобытное сравнение:

Н. Рубцову небо представилось таким:

Художественная сила сравнений находится в прямой зависимости от их неожиданности, новизны. Так, наше воображение не поразит сравнение румянца с розой, глаз — с голубым небом, седых волос — со снегом. Но яркий образ создают, например, такие сравнения: На глаза осторожной кошки похожи твои глаза (А. Ахматова); Стали волосы смертельной белизны (Р. Рождественский). В таких сравнениях особенно ярко отражается присущее только автору индивидуальное восприятие действительности. Поэтому сравнения в значительной мере определяют особенности слога того или иного писателя.

Сравнение должно быть основано на реальном сходстве предметов, явлений. Если автор отступает от жизненной правды, сравнение теряет всякий смысл. Например: «Что ты согнулся, как гвоздь?» — спрашивает юноша у приятеля, который от ветра прячет лицо в воротник. Или: «Дорога петляла, как трусливый заяц», — пишет очеркист в районной газете.

Еще В. Белинский протестовал против сближения в сравнении несопоставимых понятий. Он находил «дикое сближение несближаемых предметов» у современных ему поэтов, которые, по словам великого критика, сочиняли, например, такие сравнения: «Что в море купаться, то-де читать Данта: его стихи упруги и полны, как моря упругие волны» или «что макароны есть с пармезаном — то Петрарку читать: стихи его сладко скользят в душу, как эти обмасленные, круглые и длинные белые нити скользят в горло». Такие сравнения антихудожественны, потому что в них нарушен закон эстетического соответствия сопоставляемых предметов. Несоответствие эмоциональной окраски описываемого понятия и поясняющего его образа делает стилистически неприемлемыми сравнения и у современных авторов. Например: Живописные сопки лежат припухлостями на земле. Припухлость вызывает у читателя отрицательную оценку, а красивые сопки должны ему понравиться.

Сравнение не должно нарушать логический ход мысли. Этим пренебрег автор, написавший: Балканы, как солнечный позвоночник, пересекают страну из конца в конец. Позвоночник ничего не пересекает, к тому же: что такое солнечный позвоночник? Редактор, готовивший к печати статью, в которой была эта фраза, предложил такую ее стилистическую правку: Балканы, как солнечный луч, пересекают страну из конца в конец. Однако и такое сравнение художественно не оправданно, лучше было совсем от него отказаться, изменив предложение примерно так: Страну пересекают солнечные Балканы.