Книга о хорошей речи полностью

Особое место, на наш взгляд, в системе стилей занимает язык художественной литературы (или художественно-беллитрический стиль). Язык художественной литературы, точнее художественная речь, не представляет собой системы однородных языковых явлений; напротив, он лишен какой бы то ни было стилистической замкнутости, его отличает разнообразие индивидуально-авторских средств; он использует элементы всех стилей, но «в функционально преобразованном виде», как указывал еще академик В.В. Виноградов. Художники слова могут находить живые, яркие краски в любом слове и выражении, если употребление его необходимо для изображения какого-либо жизненного явления.

Требование правильности речи относится не только к лексике — оно распространяется и на грамматику, словообразование, произношение, ударение, а в письменной речи — на орфографию и пунктуацию. Соблюдение нормы— главное условие культуры речи.

Нормой называются языковые варианты, наиболее распространенные из числа сосуществующих, закрепившихся в практике образцового использования и наилучшим образом выполняющие свою функцию. Норма — категория историческая. Будучи в известной мере устойчивой, стабильной, что является основой ее функционирования, норма вместе с тем подвержена изменениям, что вытекает из природы языка как явления социального, находящегося в постоянном развитии вместе с творцом и носителем языка — обществом.

Известная подвижность языковой нормы иногда приводит к тому, что для одного и того же языкового явления имеется в определенные временные отрезки не один-единственный регламентированный способ выражения, а больше: прежняя норма еще не утрачена, но наряду с ней возникает новая (ср. одинаково допустимое произношение прилагательных нагий, — кий, — хий типа строгий, краткий, тихий или глаголов нагивать, — кивать, — хивать типа протягивать, отталкивать, замахиваться как с твердыми, так и с мягкими звуками г, к, х; двоякое ударение в словах иначе, творог и др.; дублетные формы типа много народу — много народа, чашка чаю — чашка чая и т. п.). Существование двойных норм литературного языка, возникших в ходе его исторического развития, не исключает параллельного существования языковых вариантов, связанных с наличием в сложной системе языка отдельных его разновидностей — функциональных стилей, в которых по-разному используются и вариантные формы. (Ср. книжные и разговорные окончания: в отпуске — в отпуску, цехи — цеха, обусловливать — обуславливать и др.). Возникающее в связи с этим многообразие в единстве не разрушает самой нормы, а делает ее более тонким инструментом отбора языковых средств в стилистическом плане.

Правильность нашей речи зависит от того, употребляем ли мы слова в соответствии с их точным значением и стилистической окраской. К сожалению, мы нередко над этим не задумываемся и допускаем стилистические ошибки в словоупотреблении.

Например, пишут: Линяют лисицы, у куниц скоро появится наследство (имеется в виду, конечно, потомство); И стоят наши дальневосточные березки в подвенечном саване (автор спутал саван с фатой).

Если не учитывается стилистическая окраска слова, в речи может возникнуть неуместный комизм: Дирекция уцепилась за это ценное предложение (можно было написать: воспользовалась этим ценным предложением…. оценила это предложение и т. д.). Если вы не стремитесь придать речи юмористический оттенок, то не следует просторечные слова соединять с книжными или нейтральными.

Неуместно и употребление высоких, торжественных слов в сочетании с обычными, нейтральными, например: Иванов — поборник экономии горючего (можно было сказать просто:… выступил с предложением экономить горючее или Иванов — инициатор экономии горючего); К концу смены все устали, но движения владычицы электрокрана несуетливы, точны (почему не написать просто — крановщицы). В таких случаях прямого нарушения лексических норм нет, но незнание их, пренебрежение стилистическими пометами, которые даются в толковых словарях к выделенным нами словам, очевидно.