Пробыв 21 час в барокамере, Эрл смогла провести 336 часов под водой, исследуя океан «не как случайные визитеры, а как постоянные жители», писала она в «Море перемен». Она научилась различать конкретных барракуд и узнавать пятерых серых рыбок-ангелов, которые каждое утро начинали «медленный вальс вокруг коралловых глыб, то и дело останавливаясь, чтобы погрызть губку или потыкать сгусток водорослей». Ей очень нравился подводный покой. Но когда она вернулась на поверхность, пресса набросилась на женщин-акванавтов, словно стая голодных акул. Их умчали в Чикаго, где торжественно провезли по улицам города, а потом пригласили пообедать с Пэт Никсон (но, как замечает Эрл, не с Ричардом) в Белый дом. У нее брали интервью звезды американского телевидения Барбара Уолтерс и Хью Даунс, она написала статью для National Geographic о своем опыте.
Надо было придумать, что делать с внезапной славой. Эрл вспоминает: «Мне вскоре стало ясно, что у меня появился шанс перескочить от радостных и развлекательных тем», — таких как ела ли она рыбные палочки под водой, — «к более серьезным». И вот она решила использовать эту платформу, чтобы рассказать о больших проблемах Мирового океана — о том, как он истощен и как нуждается в спасении. Это стало делом всей ее жизни.
Только вам известно, как оседлать волну своего успеха, но я могу сделать одно предложение: выделите хотя бы несколько минут в неделю, чтобы выразить благодарность. Эрл с благоговением рассказывает о вещах, которые ей удалось сделать за прошедшие годы. «Все становится только лучше», — сказала она мне в 2009 году, почти через сорок лет после ее большого подводного прорыва. Иногда я пытаюсь записывать в дневнике слова благодарности за свои маленькие победы. Психологи говорят, что обычно человек возвращается к прежнему уровню счастья в течение нескольких месяцев после крупного события. Это успокаивает, если думать о таких неприятных вещах, как развод или ампутация, но обидно, если речь идет о приятных событиях. То, что некогда казалось неопределенным, в ретроспективе кажется неизбежным. Но в ваших силах вновь испытать радость, испытанную после повышения или договора о выпуске альбома. Просто напомните себе, где вы были когда-то и где вы теперь, и посмотрите на океан, который отделяет одно от другого.
Вы можете вывести карьеру на новый уровень, одновременно вкладываясь в другие сферы вашей жизни. Но для этого нужно больше, чем просто работать от зари до зари. Задайте себе следующие вопросы.
Как выглядит следующий уровень в вашем случае? Представьте его как можно четче.
Знаете ли вы человека, который достиг похожего прорыва? Какие шаги предпринял этот человек? Кто принимал решение? Что важно для этих людей?
Какую часть рабочих часов вы проводите, сосредоточившись на «сути» вашего профессионального мастерства?
Есть ли у вас время, чтобы планировать и проводить изыскания?
Если нет, вернитесь к главе 4 и посмотрите, можете ли выделить время в рабочем расписании. Если не получится, посмотрите, сможете ли вы сосредоточенно поработать час или два в день (5–10 в неделю). Как этого добиться?
На что бы вы потратили это время?
В чем состоит история? Почему выход на следующий уровень выглядит целесообразным?
Если бы кто-то писал о вас большую статью, что бы в ней говорилось?
Знают ли другие люди о ваших целях?
Какие «семена» вы могли бы посадить, чтобы продвинуть свою карьеру в будущем?
Если бы вам дали возможность добиться прорыва, были бы вы готовы за нее ухватиться? Что должно произойти, чтобы вы были готовы?
Если прорыв случился, что вы будете делать дальше?
ЧАСТЬ III
ДОМА
∙ 6 ∙
Новое домашнее хозяйство
Если в американском супермаркете зайти в отдел, где представлены средства для уборки, то сразу же встретишь миссис Майер. Ее портрет на изящных бутылках «Универсального чистящего средства миссис Майер с ароматом лимона и вербены» смотрит на вас так, будто хочет подать вам пример — чтобы вы непременно оттерли с полки вон то последнее пятнышко. Когда я в первый раз услышала о миссис Майер, то подумала, что, должно быть, это отличный маркетинговый ход. Своего рода мистер Пропер в виде заботливой бабушки, которая притягивает покупателей, соскучившихся по настоящему в мире стандартных упаковок.
Но оказалось, что миссис Майер — живой человек. Все дети Тельмы Майер давно разъехались, а это значит, что сейчас ее жизнь гораздо спокойнее, чем в 1965 году, когда она заправляла одним весьма чистым домом в Айове и выводком из девятерых неугомонных детей.
