Вначале развалили страну, потом вскормили сепаратистов и до зубов вооружили их, почти полтора десятилетия разваливали и растлевали милицию, выхолащивали ее кадры, убивали на всякий случай ее агентуру, и только когда выкормыши стали реально угрожать их интересам, завопили, заохали и, взяв теплую еще руку, поставили диагноз: «Милиция тяжело больна».
Странно, о болезни говорят те, кто ею заразил больного.
Верх лицемерия — говорить больному, что его будут лечить те, кто когда-то сделал больным.
Впрочем, все это уже стало привычным. Настолько привычным, что с трудом сдерживаешься от нервного смеха.
Мужик был здоровым и пьяным. Весь идиотизм ситуации заключался в том, что он оказался в чужом подъезде, но воображал, что его домой не пускает жена, которая заперлась в квартире с любовником. У пьяного был «маленький ножичек», так, сантиметров семьдесят, не более, и он громко говорил, что будет делать, когда все-таки войдет в квартиру.
Из-за двери слабо попискивали.
Приехавший наряд начал с уговоров и уже почти преуспел в них, когда приехали ответственный дежурный по отделу и заместитель начальника отдела по оперативной работе, которого за глаза все звали Хмурым. Надо сказать, он свою кличку оправдывал. Вот и сейчас, оглядев хулигана и задержав взгляд на тесаке, который был несколько больше обычного, Хмурый приказал:
— Нож забрать, а этого дурака — в кутузку.
И пошел вниз, скрипя черным кожаным пальто.
Ответственным по отделу был начальник службы борьбы с хищениями социалистической собственности, поэтому он благоразумно помалкивал, когда говорило начальство.
И зря. Пожелание Хмурого было опрометчивым. Где вы видели русского, который, будучи пьяным, добровольно пошел бы в кутузку? Тем более, когда у него в руках что-то среднее между римским мечом и казацкой саблей.
— Кто дурак? — наморщил лоб хулиган. — Кого в кутузку? Кто сказал «дурак»?
Кто-кто, конь в пальто!
Собравшиеся понимали, что подобные раздумья до добра не доведут У нас, когда народ начинает задумываться, или революция случается, или передача типа «Поле чудес» или «Слабое звено».
И они не ошиблись. Мужик взревел и взмахнул тесаком.
Следак первым понял, что будет дальше, он рванулся вниз, но зацепился портупеей за перила.
— Не я! — проверещал он.
Нарушитель общественного порядка на его панику не обратил никакого внимания, ему нужен был кто? Правильно, ему нужен был «конь в пальто». В хрустящем кожаном пальто. И он помчался за обидчиком.
В это время Хмурый вызывал машину для доставки задержанного. Мимо него пробежал опер, пытаясь расстегнуть непослушную кобуру. Хмурый обернулся и увидел громилу с ножом. Изменившимся тонким голосом он потребовал немедленной подмоги.
Громила неотвратимо приближался.
Нервы у заместителя начальника не выдержали. Не железные ведь они, верно? И он побежал прочь, продолжая переругиваться с дежурным и совсем не замечая, что трубка у него по-прежнему в руке, однако шнур, соединявший ее с рацией, вьется за ним следом черной ленточкой.
Оперативник достал «Макаров» и, спасая непосредственное начальство, выпустил в потенциального убийцу всю обойму, только это хулигану вроде бы и не повредило, он разве что немного протрезвел и чуточку сбросил скорость.
Спас положение начальник ОБХСС, который был ответственным дежурным, а потому сохранял хладнокровие. Он отодрал от скамьи у подъезда тяжелый дубовый брус и этим брусом несколько раз огулял одуревшего погромщика.
Общественный порядок был восстановлен. С авторитетом заместителя начальника оказалось несколько сложнее…
Когда в восьмидесятых годах начальником управления был генерал Константин Дмитриевич Иванов, любил он в субботний день прогуляться по улице Чуйкова, которая примыкала к набережной. А чего же не прогуляться? Парк, тишина, покой, мысли сами на благочестивый лад настраиваются. Лепота, одним словом!
И вот в один из дней гуляет Константин Дмитриевич и гуляет не просто, а с толком, потому что прохаживается с заместителем председателя горисполкома. Гуляют они, степенно ведут разные житейские разговоры, набираются сил на следующую рабочую неделю.
И вдруг выскакивает из подворотни собачонка и нагло, бесстыдно этак, скаля, понимаешь, клыки, облаивает высокое начальство. Так ведь и до покушения на икры недалеко!
— Тревога! — командует генерал. — Кабанова сюда!
Кабанов тогда был заместителем начальника Центрального РОВД и по совместительству большим специалистом по собакам. Это я так думаю, не будь он специалистом, чего бы его на место происшествия вызывали?
Кабанов немедля приехал, оглядел наглого нарушителя — хвост, лапы, морду, или, как собачники говорят, экстерьер — и радостно повернулся к начальнику управления.
— Товарищ генерал, — весело доложил он. — Это не наша, это Жучка с Ворошиловского района!
Еще через день на очередном совещании заместитель начальника УВД Василий Арсентьевич Ханов наставлял руководителей районного звена:
— С Кабанова пример берите, с Александра Михайловича! Учитесь у него — он всех сучек города в лицо знает!
