Книга песен Бенни Ламента полностью

– Трудно сказать… Вы же знаете, мистер Грей, меня природа певческим талантом обделила, – напоминает ведущему Бенни Ламент. – Голос у меня, как у простуженного охотничьего пса.

Барри Грей громко хмыкает:

– Вы слышали, люди? Бенни Ламент утверждает, что не может петь, а у самого с дюжину синглов в «Топ-40», в которых он именно этим и занимается!

– Ну да… только для певца хороший голос не всегда играет ключевую роль. Главное – быть оригинальным. Это гораздо важнее, чем быть просто хорошим вокалистом.

– Хотите, чтобы люди узнавали вас по манере исполнения? Вы это имеете в виду?

– Да. Манера исполнения – важная составляющая. Важно не просто спеть песню, важно донести ее до слушателей. И от того, как ты это сделаешь, зависит, воспримут ее люди или нет. По крайней мере, я так считал до встречи с Эстер Майн. После знакомства с ней я пришел к выводу, что главное все же – вокальные данные.

– Вы вознамерились сделать ее звездой.

– Нет… Не сразу. Мой отец был уверен: Эстер станет звездой. А я лишь захотел написать для нее песню. Я никогда прежде не слышал такого голоса.

– И как же вы решились петь с ней вместе? Прежде вы были композитором-песенником. Очень успешным.

Но никто за пределами профессиональной среды не знал вашего имени. Вы оставались, скажем так, за кадром. Пианистом. И вот вы встречаете Эстер Майн, соглашаетесь с ней работать, и… внезапно ваш голос начинает звучать в каждом треке, пусть даже и всего лишь на фоне. Это стало вашей фишкой. Фишкой «Майнфилд». Как так вышло?

Я почти уехал из города. Даже забронировал билет на самолет до Лас-Вегаса. Сэл открыл в «городе грехов» новый клуб – «Тре Вите»[10]. И я согласился проверить уровень музыкантов, которых он нанял, и, возможно, даже сыграть с ними в первый уикенд после торжественного открытия. Почти уехал…

Но в итоге вместо поездки я стал названивать Ахмету Эртегюну в «Атлантик Рекордз». На протяжении двух дней я донимал его секретаршу, но продолжал звонить. Я звонил три дня. Сделал три десятка звонков. Пусть отец и знал Джерри Векслера, но я знал Ахмета, а Ахмет Эртегюн был именно тем человеком, с которым Эстер нужно было встретиться. Просто записать песни на студии было недостаточно, «Майнфилд» нуждались в поддержке своей пластинки. Я, конечно, мог отвезти ребят в Детройт. Берри Горди тоже кое на что годился. Он только раскручивался, но у него уже была система и о его артистах говорили. К тому же их объединял цвет кожи. Берри согласился бы послушать «Майнфилд». И – я был уверен – заключил бы со мной договор. Я мог бы поговорить с Жюлем из «Ла Виты». И Терренсом тоже, как того желал Берри, и ангажировать нескольких его артистов. Все бы выиграли. Но я не хотел обращаться в «Мотаун». Это выглядело бы так, будто я брал на себя управление группой и ответственность за нее. Причем подписывался на длительный срок. И тогда бы все точно затянулось надолго. Но раз я пообещал ребятам подумать, что мог бы сделать для них, значит, я должен был хотя бы попытаться, а уж потом выходить из игры. Я снова позвонил Эртегюну.

– Это Бенни Ламент, соедините меня, пожалуйста, с Ахметом.

– Я передала ему ваше сообщение, мистер Ламент, – сказала секретарша, явно раздраженная моим упорством. – Я передала ему все ваши сообщения.

– Он так и не связался со мной. И я намереваюсь звонить вам до тех пор, пока не побеседую с ним.

– Пожалуйста, не вешайте трубку, мистер Ламент, – вздохнула секретарша.