— Ян, — он широко улыбнулся, — каждый из нас несет свои тайны, и чем меньше будут о тебе знать, тем более опасным ты будешь. Тщательно скрывай свои слабые и сильные стороны, но помни о чести.
— Спасибо, — я вновь поклонился и налил нам обоим еще чаю, — тот кихо — серый монах сказал, что я благословлен гаки, — стоило мне это произнести, как взгляд деда стал чрезвычайно серьезным. — Дедушка, это еще не все, — и я рассказал ему о своих приключениях и съеденном призрачной старушкой Пауке.
Мир, в который я попал, оказался куда сложнее, чем я думал. Кроме срединного царства, в котором мы находимся, есть еще много царств, которые соприкасаются с ним. Основных темных и светлых по три, а остальные особо никто и не пытался классифицировать.
Самый жуткий и опасный для людей — это Дзигоку — мир темных демонов и прочей нечисти, раз в несколько столетий он плотно соприкасается с срединным царством, и тогда начинается великая война за выживание. Самое поганое, что, судя по всем предсказаниям, уже скоро врата Дзигоку откроются. Все предсказатели, астрологи и прочие оракулы говорили одно и то же: у людей есть три, максимум пять лет, именно поэтому Империя и начала наращивать мощь. Когда я услышал об этом сроке, я почему-то вспомнил слова, которыми меня напутствовали: «Выживи не менее трех лет». Кто же ты такой, мой таинственный спаситель?
Второе царство — это царство Вечной резни, и именно туда попадают те, кто не соблюдает принципов милосердия и при этом наслаждается резней. Скверна часто приводит своих приверженцев именно туда.
Еще одним царством, полным тьмы и опасностей, является вотчина голодных духов Гаки-до. Вечно голодные духи часто попадают в наш мир, и их основная цель — утолить свой бесконечный голод.
— И что это значит для меня?
— Не знаю, внук. Тебя не трогает нефрит, а значит, в тебе нет скверны, которая превращает людей в тварей. Гаки жестоки и опасны, но по законам Небесной канцелярии именно они уничтожают людские грехи. Старуха, которую ты встретил, — одна из высших гаки, и, похоже, именно из-за твоей связи с духами ты и можешь черпать энергию из смертей твоих врагов. Никто не должен знать об этой способности, иначе ты рискуешь остаться без головы. Эх, скорей бы ты сумел сформировать ядро. Тогда мы бы подобрали тебе один из Путей, который бы залегендировал бы эту особенность.
— Я слышал ваш разговор, но так и не понял, что это такое?
— Путь — это то, как ты идешь по пути силы. Если совсем грубо, последовательный набор техник, подходящий именно тебе. Путей сотни и тысячи, и каждый из них сможет дать тебе разные силы. Например, я изначально шел Путем Шторма, он соединял в себе силы ветра и воды. Это Путь для того, кто привык пробиваться через сотни врагов, но когда я захотел понять этот путь глубже и отправился в храм бога ветров — Фэй Линя, оказалось, что бог ветра мне благоволит, и тогда настоятель храма открыл мне доступ к библиотеке, где я и нашел новый путь — Путь Ветра и Крови, совмещающий скорость ветра и часть запретных практик крови.
— Дедушка, если храмы владеют и используют такие техники, то почему махо запрещено?
— Потому что махо — источник силы. Быстрой, легкой и смертельно опасной. А доступ к таким техникам дают лишь благословенным, для остальных техники с махо запрещены, и наказание за это — позор и смерть. Быть кихо — это идти путем воли, и лишь тот, чья воля крепка, может тренировать такие пути. Каждый раз, когда ты идешь по этому пути, тебя посещают мысли, а зачем тренироваться, если можно залить все кровью? Совсем необязательно пользоваться своей кровью — пусти кровь слуге, и вот в твоих руках великая сила. Только эта сила развращает, меняет тебя медленно, исподволь. Ты не замечаешь, как все чаще пользуешься магией крови, а не твоей внутренней силой, и вот уже пройден первый порог, и скверна пустила в тебе ростки, а священный нефрит начинает жечь твое тело. После второго порога процесс уже не остановим, и рано или поздно ты станешь оскверненной тварью и ничего тебе уже не поможет: ни молитвы в храмах, ни вытяжка из нефритового сияния, ни горы настоящего нефрита.
— Но ты при этом все равно практикуешь махо? — я смотрел старику прямо в глаза.
— Практикую, внук, но всегда использую только свою кровь и не перехожу первый порог, чтобы я мог вернуться в любой момент. Я практик путей силы, и этого не изменить. Я всегда буду хотеть вернуться на эти пути, пусть и таким извращенным способом, — в глазах старика не было ни малейшего сожаления, а у меня перед глазами стояла отрубленная голова беловолосого колдуна.
Звон колокольчика, оповещающего о приближении посетителя, прервал наш разговор. Голова шла кругом от информации, полученной от деда, и ладно бы она была структурирована, как привык я, человек 21 века, но нет же, куча воды, странных аналогий, которые нихрена не понятны. Радовало одно: с помощью тренировок и воли я могу подняться на вершину. Сейчас было плевать на все, кроме цели.
