Рывок вперед и моя рука вырывает очередное нечестивое сердце. Новая порция мерзкой крови вливается в полы моего жуткого плаща. С каждой новой порцией крови вихрь менялся все сильнее. И уже через несколько мгновений мелкие брызги сгустились превращаясь в красно-черные перья, что пробивали тела врагов, словно бумагу. Шаг вперед, и гигантский демон, пытавшийся меня схватить, падает, разрубленный пополам, а из его тела кровь бьет фонтаном, усиливая кровавый вихрь.
Каждая новая смерть делала меня сильнее. Перьев становилось все больше и мне не требовалось даже думать, как они атаковали окружающих врагов залпами, чтобы через мгновения новая кровь прекратилась в мое оружие.
Мне хотелось смеяться, но неожиданно в голове вновь возник этот каркающий голос:
— Контроль, мой мальчик. Самое главное контроль. Главная добродетель ворона — контроль.
Голову пронзила резкая вспышка боли. Чемпион. Ворон. Контроль. Эти слова пульсировали в моих мозгах словно их выжигали каленым железом.
— Отныне ты — чемпион великого клана Воронов…. — Вспышка. Я слышу как мне говорит эти слова некто одетый в черно-красные одежды с маской демона на лице.
— Твое здоровье, Ян… — Новая вспышка и я вижу как этот неизвестный пьет вино из чаши салютуя мне.
Ян. Ворон. Эти два слова били набатом. Они были важнее всего остального. С рычанием я упал на колени сжимая голову. А твари все мчались пытаясь меня убить. И умирали сами.
Я — Ян Воронов. Многократный чемпион по боям без правил, что отдал свою жизнь на ринге во имя победы. Я Ву Ян. Чемпион великого клана Воронов, который я сумел возродить. Я побратим мертвого императора. Я отдал свою жизнь выпуская в мир великого первопредка Сунь Укуна.
С ревом боли и силы я встал. Кровавый вихрь вокруг меня убивал мелких тварей. Но теперь все было по другому — я вспомнил кто я. Осталось понять где я и вернуться в Срединный мир. И я это сделаю, сколько бы тварей меня не пыталось остановить….
Высоко, на остове рухнувшего храма, среди изломанных колонн и развеянной пыли, два силуэта медленно подошли к краю обрыва и теперь смотрели вниз, сквозь просветы в густом багровом тумане. Один — чуть полноватый мужчина одетый в темно-синий ханьфу. Даже невооруженным взглядом было видно, что он хром на левую ногу. Его длинные черные волосы были уложены в высокую прическу, чем-то напоминающую голову быка. От него исходило такое мощное сияние силы, что любой кто его видел хотел преклонить колени. Ожерелье и пояс, на котором был закреплен тяжелый, широкий меч, были сделаны из множества черепов, соединенных между собой тонкой серебряной цепью. Вторая — пожилая женщина одетая в красно-черные одежды с моном ворона на груди. Она сжимала кулаки наблюдая за тем, что происходит внизу.
— Господин, он вспоминает. — Голос женщины был хрипл от волнения.
— Слишком быстро. — отозвался второй, медленно качая головой. — И слишком ярко. Посмотри, как кровь поет ему. Как вихрь слушается. Это… преждевременно.
Внизу, в сердце проклятой арены, Ян рвал тварей на куски. Каждое его движение — как удары барабана в ритуальном марше войны. Пыль и кровь вращались вокруг него, превращаясь в черно-красные перья, что срывались с воздуха, как пули из костяных арбалетов. Он не бил — он исполнял. Танец войны, восходящий к самой смерти.
— Позволь его направить. Он меня послушается и в твоей свите появится новый высший.
— Он вспомнил не только тело. Он вспомнил имя. Он и почти вспомнил суть. Благословен тот, кто омыт в кровавой купели. Благословен тот, кто очищен прахом врагов. Благословен тот, кто идет путем дхармы. — Вибрации от его слов словно вплетались в саму ткань мироздания и становились законом для этого места.
Гигантский демон рухнул, разрубленный пополам. Кровь брызнула фонтаном, и вихрь, закрученный вокруг бойца, взревел, словно зверь, насытившись мясом.
— Господин, он начал использовать Кровь. Сознательно. Значит он вернул себе сознание. Значит он вновь стал вороном.
— Еще нет, но часть твоего внука вернулась, Ардана. — Великий распорядитель Ада смотрел на тот как чемпион клана воронов продолжает бой.
Вихрь вокруг бойца начал закручиваться все быстрее, а тот лишь смеялся. Он танцевал. Он убивал, и каждое убийство делало его чище, ближе к своей внутренней сути.
— Господин, я смогу обуздать его силу и вернуть его на истинный путь.
— Нет, дочь моя. Ты знаешь законы. Даже дети старой крови должны следовать им. Он еще не осознал, что идет путем владыки голодных духов. Он даже не вспомнил как управлять своими спутниками. И теперь они поют ему свои литании. Он должен сам осознать кто он.
Они оба замолчали. Внизу шла резня. Бой без слов, без пощады, без конца.
И в самой его сердцевине — человек, облитый кровью, с чёрными крыльями за спиной, с глазами, в которых горел кровавый огонь. Тот кого учитель смеясь назвал мясником оправдывал свое прозвище, а в глубине его сознания звучали нечестивые литании голодных духов зовущих его убивать снова и снова. Ради крови, ради силы, ради могущества….
