— Храм речного духа по имени Призывающий дождь, — представил Сацуо, снимая головной убор. — Семьсот лет простоял здесь. А теперь…
Он не договорил, но мне и так было понятно. Даже издалека я чувствовал, что что-то здесь кардинально изменилось. Воздух вокруг храма дрожал, как над раскаленным камнем, хотя день был прохладным. А из-за стен доносились странные звуки не голоса, не шаги, а что-то больше похожее на скрип камнейе. Словно само здание дышало.
— Священник Того обитает здесь?
— Должен быть. Он почти не выходит из храма последние месяцы. — Сацуо неуверенно посмотрел на меня. — Господин, может, не стоит? Место стало очень… беспокойным.
Я не ответил, изучая храм с точки зрения бойца. Два входа — главный и боковой. Окон мало, все крайне высоко. Если нужно будет драться в замкнутом пространстве, а противник там не один, то они получат преимущество. Но когда меня это останавливало? Отступить сейчас, значит не найти ответов на нужные мне вопросы.
Я кивнул старосте на главный вход, показывая ему, чтобы он сообщил местному жрецу, что у него гости. У входа в храм старик остановился словно в замешательстве. Двери были приоткрыты, из щели сочился тусклый свет и запах ладана, смешанный с чем-то еще. Чуть сладковатый, приторный запах едва начавшегося разложения. Кто бы там не был, но добрым это место назвать точно нельзя.
— Господин Того? — окликнул Сацуо. — Прошу меня простить, но я привел к вам гостя. Он хочет с вами поговорить. — Ответа не было. Только то странное дыхание храма, ставшее чуть громче.
В груди разгоралось пламя азарта, неужели это место кажется куда интереснее чем я думал? Совершенно не задумываясь о возможных последствиях я толкнул дверь и вошел первым.
Внутри царил полумрак, прорезанный лишь дрожащими языками свечей. Алтарь находился в дальнем конце зала, и перед ним стоял человек в белых одеждах жреца. Он не шевелился, не обернулся на наш вход — просто стоял, склонив голову перед алтарем.
— Господин Того, — повторил Сацуо, входя следом. — У нас гость. Он хочет узнать о…
— Знаю, зачем вы пришли, — перебил священник, не оборачиваясь. Голос у него был одновременно хриплым, словно он долго не говорил. И вместе с ним в нем звучала сила. Я слишком хорошо знал эту силу и теперь внутри меня спящие угли ярости вспыхнули словно лесной пожар. Пусть я не в Нефритовой империи, но я давал клятву защищать людей от скверны и я ее выполню. — Вы хотите знать о реке. О духах. О том, почему все пошло не так.
— Именно, — сказал я, делая еще один шаг вперед. — И о том, какую роль в этом играете вы.
Того медленно обернулся. И я понял, откуда взялся тот сладковатый запах.
Лицо священника было покрыто глубокими ранами — не свежими, но и не старыми. Словно кто-то методично резал его плоть тупым ножом, оставляя шрамы в форме каких-то символов. А глаза горели лихорадочным блеском фанатика. Я вновь увидел полуодержимого ублюдка, как того выродка, которого я забил на глазах у его дружков демонопоклонников.
— Роль? — Он негромко рассмеялся. — Я делаю то, что должен. То, чего требует истинная справедливость.
— И что же это такое? — Холодной яростью моего голоса можно было замораживать озера.
— Восстановление истинного баланса. — Того сделал шаг к алтарю, и я увидел, что лежит на нем.
Кости. Человеческие кости, сложенные в сложный узор. А между ними — свитки с письменами, амулеты, небольшие статуэтки духов. Все это было залито воском от свечей и чем-то темным, что могло быть только кровью.
— Красиво, не правда ли? — Того провел рукой над алтарем. — Три года работы. Три года исследований, поисков, жертв. И наконец я нашел способ.
— Способ чего?
— Заставить их вернуться. — В его голосе звучала почти детская радость. — Духи покинули эти земли, когда люди забыли старые договоры. Но договор можно возобновить. Нужно только найти правильные слова, правильные жертвы…
Сацуо за моей спиной тихо ахнул. Я же просто кивнул, словно священник рассказывал о погоде.
— И как я понимаю вы их нашли?
— Частично. — Того прикоснулся к шрамам на лице. — Каждый символ на моей коже — это слово силы, вырезанное по древним правилам. Каждая кость на алтаре — часть ритуала призыва. А кровь… — Он улыбнулся. — Кровь — это цена за внимание богов.
Я обошел алтарь, изучая его содержимое. Кости были старыми — не свежими жертвами, а извлеченными из древних захоронений. Свитки написаны архаичными иероглифами, которые я едва понимал. А статуэтки…
— Это не дух реки, — сказал я, указывая на одну из фигурок. Этот странный жрец пока не был агрессивным и стоит использовать любую возможность, чтобы узнать больше.
— Нет, — легко согласился Того. — Речной дух слишком слаб. Слишком добр. Он не может дать то, что нужно этой земле. Поэтому я обратился к другим владыкам. К тем, кто гораздо сильнее. К тем кто может принести успокоение этой истерзанной земле.
— К каким именно?
