«…сенсацией закончился последний день торгов букинистического аукциона «Медичи» во Флоренции, – бодрым голосом сообщил радиоведущий. – Уникальный рукописный фолиант – Сиенский часослов, некогда принадлежавший герцогам Сфорца и датируемый XIV веком, был продан за 20 миллионов евро. Наиболее ценную часть книги представляют 24 иллюстрации, выполненные сиенскими художниками-иллюминаторами… Новый владелец старинной книги, заплативший беспрецедентную даже для флорентийского аукциона сумму, пожелал сохранить свое инкогнито».
Усталость как ветром сдуло – все оставшееся время, проведенное в дороге, Ольга лихорадочно убеждала себя в том, что ничего страшного не произошло, Алик скоро вернется из Италии, куда он ездил по своим, не имеющим никакого отношения к аукциону делам, и он, разумеется, тотчас отдаст ей Помаровскую книгу. Она отчаянно ругала себя за маниакальную подозрительность, но тут же вспоминала, с каким трепетом Поленов листал старинный фолиант, как охал над ним и как убедил отдать ему книгу. Ведь он не мог не знать, что Штиль к тому времени уже преставился…
«Боже мой! Нет! Это просто невыносимо! О чем я только думаю! Он же мне друг, я его сто лет знаю! Потом самой стыдно будет! Все! Хватит! Баста!»
Повернув в свои Тупи линки, она увидела автомобиль Игоря и посигналила ему фарами. Тот вышел, помахал ей рукой.
– Привет, француженка… – сказал он, улыбаясь, потом заглянул в салон своей машины, выудил оттуда букет.
Настроение у Ольги поднялось.
– Пошли к нам зайдем, я тебя с Ниной познакомлю.
– Пошли. Ненадолго.
Нина была ярой противницей всех этих дач, огородов, мотаний по электричкам и не одобрила решение племянницы переехать жить за город. Она даже крепко обиделась на Ольгу оттого, что та не желает считаться с ее мнением: «Продать московскую квартиру – ишь чего удумала! И что за блажь такая – дача! Лучше бы сына в санаторий в Крым свозила!» Но время шло, и постепенно в голове у Нины Семеновны завелись совсем другие мысли. Москва, уже давно переставшая быть городом ее юности, все больше раздражала и угнетала. Жизнь на даче Нине Семеновне начала нравиться. И к просторному дому, комфортному, уютному (чего уж там, это Ольга умеет), и к запущенному старому саду она потихоньку привыкла, освоилась. Хотя, конечно, по обыкновению, продолжала ворчать, жалуясь то на одно, то на другое. С Ольгой, понятное дело, своими мыслями тетка делиться не спешила. И на то имелась причина.
Нину, хоть она и не хотела себе в этом признаться, все больше тянуло в Болшево.
– Нет, что ни говори, но в старости надо жить на земле! – заявила она как-то московской соседке и сама удивилась своим словам.
Но потом, зайдя в книжный магазин и купив брошюру «В помощь начинающему огороднику», удивляться перестала – ее захватили мысли о весенней посевной: «Раз уж за городом живем, так чего петрушку-то не посадить».
И теперь, пригласив подругу Раису, давнюю и многоопытную огородницу, погостить на даче в Болшево, Нина надеялась хорошенько ее порасспросить, что да как. Бывший начальник валютного управления к любой работе подходила очень ответственно.
По кухне разносились ароматы свежей выпечки. Раиса колдовала у духовки, а Нина Семеновна, водрузив на нос очки, сидела за столом и что-то сосредоточенно строчила в блокнот.
– Так ты говоришь, где лучше их покупать?
– Не знаю, как другие, но я все семена на ВДНХ беру. – Стоящая у плиты раскрасневшаяся Раиса Даниловна первой заметила вошедшую на террасу Ольгу.
– А вот и молодая хозяйка приехала!
Тетя Нина проворно захлопнула блокнот и, отложив его в сторону, обернулась. Племянница была не одна, следом за ней на кухню вошел мужчина.
– Олечка, как вы вовремя! У нас тут как раз пирог… – Не договорив, Раиса достала из духовки благоухающий противень.
– Знакомьтесь, дамы, – это Игорь Сергеевич, наш сосед. Тот дом с большими воротами, Нин, помнишь, в конце переулка, как раз его. Игорь на все руки мастер и очень мне с замками помог.
«То, что мастер, – это сразу видно…» – скользнув по статной фигуре гостя и сумкам, которые он держал, изучающий взгляд тети Нины переместился на племянницу и ее букет.
– Будем знакомы, – протягивая руку гостю, сказала Нина. – Что ж, давайте с нами к столу, а вот подруга моя, Раиса Даниловна, тоже мастерица, будет пирогом нас потчевать.
– Спасибо, но я вообще-то на минутку зашел… – замялся Игорь.
– Нет, не спасибо, а давайте чаю выпьем. – Ольга забрала у него сумки. – Позвольте, Игорь Сергеевич, вашу курточку.
Нина тотчас приметила, как светятся глаза племянницы. «Вот так новость, – задумалась она, – что это за хлыщ?.. Обручального кольца вроде нет. Хотя этих нынешних не поймешь». И поглядев на гостя, ринулась в бой:
– И как вам, Игорь Сергеевич, в Болшево живется? Не скучно ли?
– А где Денис? – перебила ее Ольга, выкладывая на стол продукты.
– Да он все с котом своим возится, – ворчливо отозвалась тетка и, обращаясь к гостю, объяснила: – У нас всегда так. Никого не дозовешься: Манька дома, Ваньки нет.
