Книга привидений(СИ) полностью

- То же самое я сказал Алеку, - отозвался Донелли. - На что он ответил: души, по его словам, после смерти тела, следуют дальнейшим путем не в соответствии с вероисповеданием, а в соответствии с предначертанием; что бы человек ни думал, в течение земной жизни, о своем посмертном состоянии, истина известна только индусам, а именно: душа переселяется из существа в существо, от низшего к высшему, то есть человеку, чтобы затем вновь пройти очередной цикл превращений. И так, до бесконечности. "Ты хочешь сказать, - спросил я его, - что это Абдул в образе скорпиона кусает по ночам мое бренное тело?" "Нет, сахиб, - отвечал мне слуга очень серьезно. - Его преступление слишком ужасно, чтобы он воплотился в низшее существо. Судьба вынесла иной приговор: он должен скитаться возле мест совершения своих преступлений, пока не найдет человека, спящего возле одного из них; на теле у спящего должна быть родинка, а из родинки расти три волоска. Эти волоски он должен вырвать и закопать на могиле последних своих жертв, после чего окропить их своими слезами. Только эти слезы, свидетельство его глубокого раскаяния, позволят ему начать круг превращений". "Так вот почему, - воскликнул я, - этот кровожадный мерзавец ползает по моему телу последние две ночи! А почему моя пижама оказалась разорванной?" "Сахиб, - отвечал Алек, - он сделал это своими ногтями. Думаю, он повернул тебя и разорвал одежду, чтобы добраться до спины и найти там желанную родинку". "В таком случае, - сказал я, - я передвину палатку в другое место. Ничто не заставит меня провести еще одну ночь на этом проклятом месте".

Донелли сделал паузу, чтобы содрать с рукава несколько комьев грязи. Одежда начала подсыхать, грязь затвердела, и мы словно бы покрылись древесной корой.

- Пока что, - заметил я, - вы ни словом не упомянули о крыльях.

- Мы приблизились к ним вплотную, - заверил меня майор. - Вступление закончено.

- А! Так это было вступление?

- Ну да. Что-то не так? Вступление. А теперь перехожу к сути своего рассказа. Примерно через год после этого случая я вышел в отставку и вернулся в Англию. Что стало с Алеком, я не знал, да, честно сказать, меня это особо и не заботило. Спустя пару лет, в один прекрасный день я шел по Грейт Рассел стрит, и, проходя мимо ворот Британского музея, заметил индуса, несчастного, замерзшего, в лохмотьях. В руках он держал поднос с браслетами, ожерельями и прочими безделушками, произведенными в Германии, которые он выдавал за произведения восточного искусства. Когда я проходил мимо, он отдал мне честь; всмотревшись пристальнее, я узнал Алека. Я был сильно удивлен и спросил: "Что привело тебя в Англию?" "Сахиб вряд ли будет удивлен, - отвечал он. - Я прибыл сюда, чтобы заработать. Я слышал, что в Лондоне основано общество по исследованию психических явлений; и полагал, что, имея чудесный дар, могу быть полезным его основателям, будучи принят в него; что могу обеспечить свое существование, поведав им из первых рук истории о призраках". "И что? - снова спросил я. - Тебе это удалось?" "Нет, сахиб. Я не могу его найти. Я спрашивал всех и каждого, но никто не мог мне сказать, где оно находится; я обратился в полицию, но они прогнали меня. Я умер бы от голода, сахиб, если бы не эти вещи", - он указал на поднос. "Ну и как идет торговля?" - спросил я. Он покачал головой с печальным видом. "Очень плохо, мне хватает только на то, чтобы не протянуть ноги. Остальное идет Merewig". "И сколько же браслетов тебе удается продать за день?" "По-разному, сахиб. Но сколько бы я ни продал, прибыль очень мала. Она идет другому Merewig". "А где изготовлены все эти вещицы? - спросил я. - В Германии или Бирмингеме?" "О, сахиб, откуда же мне знать? Я получаю их от одного еврея. Он поставляет их разным уличным торговцам. Но я торгую не только этим. Иногда я продаю турецкие сладости, там товар расходится лучше. Вы, англичане, любите сладкое. Как вот эта Merewig", - он кивнул в сторону пожилой дамы, с ридикюлем в руке, в этот момент проходившей мимо нас. "Что значит Merewig?" - спросил я. "Сахиб не знает?" Его лицо вытянулось от удивления. "Если сахиб войдет в большой читальный зал, он увидит их там множество. Огромный Лондон служит им прибежищем; каждый день, в основном днем, - а некоторые рано утром, - как только Музей открывается, они приходят сюда и остаются в течение дня, собирая информацию, приобретая знания". "Ты имеешь в виду студентов?" "Не только, хотя и среди студентов их немало. Я без труда узнаю их. Сахиб знает, что у меня необыкновенные способности распознавать духов".

- Кстати, - спохватился Донелли, - вы понимаете по-индийски?

- Ни слова, - ответил я.

- Очень жаль, - сказал он, - потому что наш диалог мне было бы проще передать на индийском. Я владею им в той же мере, что и английским, и мой рассказ было бы гораздо проще передать по-индийски.

- С таким же успехом вы можете передать его на китайском. Его я понимаю так же, как индийский. Но погодите минутку. Я сниму грязь.